Конституции и законы почти всех рассматриваемых стран содержат положения, предусматривающие, что судебные процессы должны быть открыты для общественности. Несмотря на широко распространенные высказывания о принципе «гласности судопроизводства», многочисленные отступления от него показывают, что соображения противоположного характера, связанные с ведением судебного процесса, часто одерживают верх над этим принципом. Например, в большинстве конституционных высказываний о принципе гласности говорится о том, что исключения могут быть закреплены законодательными актами. Характерны здесь нормы Конституции Армении (ст. 39): «Каждый для восстановления своих нарушенных прав, а также выяснения обоснованности предъявленного ему обвинения имеет право на публичное рассмотрение своего дела в условиях равенства, с соблюдением всех требований справедливости, независимым и беспристрастным судом. Из соображений защиты общественной нравственности общества, общественного порядка, государственной безопасности, личной жизни сторон или интересов правосудия участие представителей средств информации и общественности в ходе судебного расследования или его одной части может быть запрещено законом».

В то же время конституции других государств предоставляют судам право принимать решение о проведении закрытого слушания. Примером может служить ст. 127 (ч. V) Конституции Азербайджана: «Слушание дела в закрытом заседании разрешается только в случае, если суд полагает, что открытое производство может стать причиной раскрытия государственной, профессиональной или коммерческой тайны, либо устанавливает, что есть необходимость сохранения тайны личной или семейной жизни граждан».

Законы общего применения, такие, как Уголовный и Гражданский процессуальные кодексы, следуют единому образцу, говоря о принципе гласности и в то же время перечисляя обстоятельства, при которых слушания могут быть закрытыми (например, ГПК Казахстана - ст. 9 и УПК - ст. 29).

Резюмируя, можно сказать, что широкие полномочия, приданные судам для закрытия судебных слушаний и законодательной власти для санкционирования этих действий судов, свидетельствуют о том, что заинтересованность в проведении открытых судебных слушаний не нашла ясно выраженного подтверждения в изучаемых правовых системах. В этой связи важно отметить, что текстуальное выражение принципа гласности обычно можно найти не среди конституционных гарантий фундаментальных прав, а в тех разделах Конституций, где перечисляются функции правительственных органов, особенно судебных. Истоки этого принципа можно найти в Конституции СССР 1936 года (ст. 111) и в Конституции СССР 1977 года (ст. 157) - задолго до принятия ныне действующих Конституций. В связи с этим возникает вопрос, ожидающий судебного рассмотрения: действительно ли в ныне действующих Конституциях в качестве одной из составляющих принципа открытости выступает свобода слова и массовой информации или же этот принцип изобретен исключительно для службы другим общественным интересам? В некоторых случаях Конституции специально оговаривают гарантии права на публичность рассмотрения судебных дел для обвиняемых в уголовных преступлениях (Армения, ст. 39, Литва, ст. 31 и Узбекистан, ст. 26).