©Николаев Е.А.

«Ведь того, о чем никто не знает, почти что и вовсе не существует»

Апулей. Метаморфозы.10.3

О концепции построения системы информационного права

Не претендуя на исчерпывающую полноту при освещении такой объемной и сложной темы, мы постараемся, обозначив общие контуры системы и основные принципы ее организации и структуры, уделить основное внимание вопросам, связанным с правовым регулированием СМИ. Создание новой отрасли права – информационного права, на наш взгляд может послужить примером того, как содержание права, особенности предметной области, специфика его объекта, могут не только существенным образом влиять, но и определять новую форму систем данных отраслей права и законодательства. Есть серьезные основания полагать, что  информационный обмен в природе осуществляется на основе регулируемого доступа к иерархической системе вложенных сетевых структур, сплетенных в единую ткань таким образом, что нити истины могут сплетаться неограниченно во все новые и новые узоры. Поскольку подобное познаётся подобным, следуя высказанной гипотезе об организации информации и доступа к ней в процессах энерго-информационного обмена в природе, полагаем, что таким же образом должна быть организована система информационного права и построены механизмы правового регулирования в инфосфере.

1. Актуальность поиска новых научных подходов к исследованию проблем информационного права.

По мнению большинства исследователей, свобода, в том числе свобода мысли и слова, с которой неразрывно связаны возможности их свободного выражения, обмена и  распространения, является главной доминантой правового демократического государства. Обоснованно считается, что Конституция России безоговорочно закрепляет нормативно-правовую модель «социально-ориентированной» свободы[1]. В тоже время, можно констатировать факт отсутствия консенсуса, как в научном сообществе, так и на бытовом уровне по поводу объема и содержания понятия свобода, в том числе и в таком важном его аспекте, как свобода средств массовой информации. Нет точных границ и у понятия массовой информации. В действующем Законе о СМИ, для достижения не сформулированных в нем целей, дано рабочее определение массовой информации, которое гласит: под массовой информацией понимаются предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы. В данном определении очевидным образом происходит смешение понятий «сообщение» и «носитель сообщения». Возможно, последствия этого факта не проявили себя до сих пор в правоприменительной практике, но в сочетании с другими законами, например, с «Законом о связи», такое смешение, на наш взгляд, может привести к системным коллизиям.

При построении системы правового регулирования отношений, возникающих в связи с конституционным правом каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, или короче, в инфосфере, необходимо существенно большее, чем это обычно делается, внимание уделить исходному родовому понятию информация, ее специфическим качествам как объекта правового регулирования. Кратко перечислим некоторые из них для того, чтобы продемонстрировать важность таких особенностей предметной области, которые позволяют выделить информационное право в качестве особой комплексной отрасли.

Они определяются:

·         Специфическими целями и задачами правового регулирования.

·         Спецификой субъектного состава правоотношений в инфосфере, который в любом своем варианте сводится к человеку, взаимодействию его личности с информационными содержанием и ресурсами среды его обитания.

·         Существенно нелинейным типом общественных отношений, подлежащих регулированию и связанной с этим спецификой механизмов их правового регулирования.

·         Качественными отличиями массовой и немассовой, специализированной информации, как в коммуникативном, так и психофизиологическом смыслах.

·         Чрезвычайно высокой степенью зависимости и взаимообусловленности в инфосфере целей и средств их достижения. Вытекающей из такой зависимости специфики правового регулирования функционирования средств массовой информации, необходимости его осуществления на основе динамического баланса публичных и частноправовых начал.

·         Необратимым и даже катастрофическим характером возможных неблагоприятных последствий для национальной безопасности, территориальной целостности, общественного порядка, здоровья и нравственности населения в случае пренебрежения вопросами информационной безопасности.

·         Реальными угрозами нанесения непоправимого вреда психике, репутации или правам других лиц, прежде всего детям и подросткам, в случае установления неадекватного правового регулирования, либо его отсутствием.

·         Высокой степенью неопределенности направленности правового регулирования, связанной с настоящей фазой жизненного цикла человеческой эволюции, его переходным состоянием.

Вывод о высокой степени ответственности законодателя за установление адекватного правового регулирования отношений в инфосфере основывается на многочисленных заключениях высококвалифицированных экспертов. Так, по  мнению специалистов корпорации «РЭНД», разработка стратегии освоения информационного ресурса может способствовать появлению новой парадигмы, основанной на идеях, духовных ценностях, моральных нормах, законах и этике, переданных посредством «мягкой силы», – в противоположность политике силы и ее акценту на ресурсы и способности, связанные с традиционной, материальной «грубой силой». Понятия информация и мощь все более переплетаются и становятся неразрывно связанными между собой. Среди всех областей: политической, экономической и военной, информационная «мягкая сила» сегодня имеет приоритет перед традиционной, материальной «грубой силой»[2]. Из такой оценки следует вывод о нарастающей  эффективности использования информационных ресурсов для подобного рода воздействия на общественное сознание, включая правосознание, как один из его аспектов. Такая расстановка приоритетов, предпочтение информационной силы даже военной, тем более не позволяет пренебрегать мерами безопасности и контроля при ее использовании. Как справедливо отмечает Монро Прайс (Monroe E. Price), «…Захват инструментов образов станет такой же угрозой XXI века, как и оружие массового уничтожения»[3]. Отметим, что ничто иное, как утилитарность привела процесс освоения атомной энергии прежде всего к созданию атомных бомб.

С учетом фактора ускорения процессов освоения человечеством нового ресурса, представляется, что большинство государств, включая Россию, с этими мерами в значительной степени опоздали. Так совпало, что буквально накануне настоящей Международной конференции, произошло событие, являющееся яркой иллюстрацией и одновременно печальным аргументом в пользу данного тезиса. СМИ распространили сообщение о том, что из-за кровопролитных беспорядков приостановлены дипломатические отношения Таиланда и Камбоджи. Массовые беспорядки были вызваны публичным высказыванием известной таиландской актрисы об изображении, содержащемся на государственном флаге Камбоджи.

Своевременная, достоверная и полная информация является основой для принятия решений во всех сферах человеческой деятельности.  Указанный специфический характер объекта и предмета правового регулирования, не позволяет рассматривать средства массовой информации в отрыве от целей и задач стоящих перед ними. В силу этого обстоятельства представляются несостоятельными модели правового регулирования в инфосфере, сконструированные по аналогии с моделями рынков товаров и услуг. Оперирование применительно к отношениям в ней искусственно введенными понятиями и конструкциями по аналогии, например, рынки идей, лояльности и, идентичности, не может адекватно описывать существующие в ней закономерности во всех существенных деталях не столько потому, что модели функционирования таких рынков чересчур сложны, а потому, что в инфосфере затрагиваются сами основы мышления и психики человека. 

Большинство рассуждений  о рынке идей чаше всего основываются на предубеждениях и стереотипах о функционировании товарных рынков – никогда и нигде не реализованной идеальной модели свободной экономики. Модель равновесных состояний рынков, устанавливаемых «невидимой рукой» на основе представления о предустановленной гармонии в экономической теории Адама Смита, представляет из себя метафору того, что на современном языке называется динамическим равновесием в системах с отрицательной обратной связью.  По компетентному мнению Дж. Сороса, реально существующие рынки и регулирующие правила обладают изъянами, способствуют подрыву традиционных ценностей[4]. В предлагаемых аналогиях предполагается, вслед Джону Стюарту Миллю, что на рынке идей представляется возможность обменять заблуждение на истину; а точнее – на более четкое восприятие и более живое впечатление истины, которое возникает при ее столкновении с заблуждением. При этом понятия истина и знание о ней считаются интуитивно ясными и самоочевидными.

Но если такой обмен осуществляется исходя из изначально не соответствующих истине предпосылок, то в соответствии с законами логики вероятность обнаружить истину ничтожно мала, поскольку при отсутствии критериев различения всегда имеется возможность привести непротиворечивое доказательство как истинности, так и ложности суждения. Это все равно, как если бы на рынке все продавцы и покупатели пользовались собственной системой мер и весов, не имея возможности сверить их с эталонами. В силу многократной и многоуровневой рефлексии, создающей сильную положительную обратную связь нелинейного типа, подобные рассуждения по аналогии, даже при наличии незначительных отличий в исходных понятиях и предпосылках, уводят исследователей «рынка идей» еще далее в мир иллюзий, мировоззренческих нелепостей, искусственно созданных образов и неработоспособных конструкций, своего рода виртуальную реальность. В этом состоит принципиальное отличие регулирования, в том числе правового в системах с сильной положительной обратной связью нелинейного типа. Для того чтобы правильно организовать мышление и выносить суждения, удовлетворяющие критерию истинности о состоянии таких систем, находясь в ней самой, т.е. являющихся неустранимо, принципиально открытыми, необходимо выработать соответствующую методологию.

Нереализуемость идеальных моделей рынков per se, обременено рядом дополнительных факторов, не позволяющих полагаться на «невидимую руку» на рынке идей. Также как и в случае с ядерной энергией, понятие информационная война прочно утвердилось в сознании и вошло в обиход как важная составляющая подрывной деятельности  всего периода «холодной войны» и последовавшего за ним периода. По нашему мнению, с момента разрушения физического символа последней – берлинской стены – ознаменовавшего ее окончание с позиций пусковых установок ядерных ракет, ее информационная составляющая в инфосфере превращается во все более горячую ее версию. Поэтому даже при гипотетическом рассмотрении свободного «рынка идей», последний был бы в лучшем случае значительно деформирован, а истина в процессе боестолкновений на нем, обезображена до неузнаваемости.

С древнейших времен известны два основных способа сознательного сокрытия истины. Первый – ее замалчивание (см. эпиграф), реализованный в недавнем прошлом в СССР. Поскольку природа не терпит пустоты, отсутствие объективной информации о социальной среде обитания граждан с необходимостью должно быть заменено ее суррогатом – пропагандой, с целью, образно выражаясь, методичного «нарезания резьбы на винтики государственной машины». При таком состоянии инфосферы, для обеспечения обратной связи между двумя основными подсистемами: государство – гражданское общество, с необходимостью должна существовать развитая государственная система сбора и обработки  объективных данных о состоянии общества и государства. Существование такой системы на основе соответствующих спецслужб – объективная необходимость для тоталитарного государственного устройства в моделях, реализованных в недавнем прошлом. Система информационного обеспечения государственного управления, построенная на основе государственной монополии на достоверную информацию содержит в себе внутреннее противоречие, поскольку в случае возникновения негативной информации о самой себе, она может корректироваться или блокироваться на любом ее локальном уровне исходя из условий самосохранения последнего. Другим немаловажным фактором, снижающим эффективность функционирования такой системы информационного обеспечения является ее изначальная отчужденность от гражданского общества, возрастающая по мере усиления неадекватности государственного управления реальному положению дел. Оба указанных фактора действуют мультипликативно и с нарастающим эффектом блокируют обратную связь, что в полном соответствии с теорией приводит к катастрофе, крушению таким образом устроенного информационного обеспечения государственного управления как системы без обратной связи.

                Второй способ сокрытия истины можно образно определить как  «удушение в объятиях», когда ее крупицы, искусно смешиваются с ложъю, дезинформацией и преподносятся в таких объемах, которые находятся не только за пределами возможности критического анализа постоянно поступающего потока информации, но даже за порогом ее восприятия. Подобный бихевиористский прием промывания мозгов и оболванивания, служит цели формирования такого общего информационного фона, на котором человек представляется с точки зрения восприятия информации черным ящиком с заранее предсказуемой реакцией на определенные виды сигналов. Впервые этот способ был применен в 60-х годах прошлого века, реакцией на что было движение хиппи. Как известно, оно вылилось в исход не обремененной собственностью и семейными обязательствами молодежи из мегаполисов, ее уход в иную реальность, связанную с психоделикой, наркотиками и бунтарским отрицание навязываемой системы ценностей.

Современная разновидность второго способа основана на достижениях прикладной математики, возможностях современных вычислительной техники и цифровых средств коммуникации. Она представляет собой более тонко взаимодействующий с разумом и психикой на уровне принятия решений инструмент, когда в условия полной свободы информации нет необходимости смешивать истину с ложъю в отдельном сообщении, т е. совершать правонарушение, наказуемое в большинстве правовых систем. Достаточно создать такой мощный хаотический информационный фон, который полностью накроет как одеялом, «заболтает», достоверную информацию. Этот способ экранирует личность посильнее пресловутого железного занавеса  не только от рукотворных, созданных самим человеком информационных потоков, но и, что более опасно, от естественной инфосферы природы. Такого рода переполнение хаосом, «замусоривание» инфосферы, вытесняет истинные ценности на периферию сознания с последующим их замещением суррогатами. Последствия этого реально начинают проявляться в наблюдаемых процессах дезинтеграции на уровне государств, других социальных систем и человеческой личности. Погружение в виртуальную реальность компьютерных и иных игр, замена полнокровных ощущений единства всего сущего суррогатами потребительства – навязанного выбора философии жизни – результат подобного рода информационного воздействия, принятого за стандарт современными государствами с развитой в технологическом отношении искусственной инфосферой. Современные информационные технологии на основе мощных информационных магистралей, подключенных к т.н. «электронному правительству» сами по себе приобретают автономный и тоталитарный характер. Духовное обнищание и утрата необходимого для развития культурного разнообразия, как результат их внедрения, начинает проявляться все сильнее. Действительно, как заметил еще Гераклит, «многознание уму не научает». Создание таких систем веб-мониторинга как «СОРМ», «GEWIS» (Global Early Warning Information System), в их сочетании с системой единых коммуникационных номеров (ENUM) позволяющей использовать в качестве электронного адреса, номера пейджера, телефонного номера единую цифровую комбинацию создает огромный потенциал возможностей для манипуляций, искажений и даже блокирования альтернативных точек зрения. Эти типичные на сегодня функции метатехнологий с их фантастическими возможностями для адресного контроля и воздействия на личность, манипулирования сознанием и поведением людей могут ввести в искушение безответственных правителей, не обремененных обязанностью руководствоваться правовыми и этическими принципами. Возникает вопрос о последствиях такого рода вмешательства в психическую сферу человека, существенно влияющего на естественный ход человеческой эволюции, который требует дополнительных и безотлагательных исследований[5]. Как отметил М. Прайс, «мы не можем до конца осознать то, что уже совершили»[6]. Остается надеяться, что истина, (как и война за нее) не исчезает, но только временно отдыхает, что и на этот раз удастся избежать катастрофы.

В заключение отметим, что не существует научного доказательства необходимости увязывать свободу мысли и слова, а также одного из ее аспектов – свободу СМИ, с реализацией в государстве определенной заданной модели его формы. В создании возможности для свободного обмена массовой информацией – имеющими публичное значение идеями и  осмысленными достоверными сообщениями, а также значимыми высказываниями по поводу общественных дел – должно быть заинтересовано прежде всего государство руководствуясь принципом самосохранения. Свобода таким образом понимаемой массовой информации – необходимое общее условие для устойчивого и безопасного развития любого эволюционирующего государства открытого типа. Публично циркулирующие транспарентные потоки информации, доступные  ее массивы о состоянии общества и государства, призванные обеспечить в системе государственного управления как прямую, так и обратную связи, адекватные его актуальному состоянию, служат объективным свидетельством их открытости, а также гарантией безопасного, гармоничного взаимодействия указанных подсистем государства как между собой, так и с окружающей средой. Особенно это актуально для государств, осуществляющих различные модели демократии, поскольку только таким образом могут осуществляться гарантии от их перерождения в цикле, исследованном еще Платоном, Аристотелем, Цицероном и другими. В дискурсе общественной сферы, функция независимости состоит в поощрении и поддержке формирования «общественности», являющейся наиболее существенным аспектом общественной сферы в модели Ю. Хабермаса (J. Habermas). Независимые СМИ служат в этом случае основным агентом инфопространства, предназначенным для обнаружения и сознательного согласования точек зрения, что необходимо для осуществления функции государственного управления, обеспеченного адекватной обратной связью с гражданским обществом. Таким образом, структура общественной системы в данном случае представляет собой систему с обратной связью, осуществляемой не только  специализированными государственными структурами, а самим гражданским обществом, что является более объективным и, по идее, более эффективным ее вариантом для «открытого общества».

2.Философско-методологические подходы к исследованию проблем информационного права.

Представляется, что сейчас, во времена преобразований, уместно было бы пересмотреть наши общепринятые научные взгляды с целью избавиться от предрассудков. По мнению У. Матурана (H. Maturana), жизнь – это процесс познания.  С другой стороны, как справедливо утверждал Конфуций, «…Народ можно принудить к послушанию, но его нельзя принудить к знанию». Поэтому выскажем и мы собственное сомнение в том, что «идеи и идеологии могут заменять принуждение»[7] без последствий катастрофического характера для развития человеческого сознания, если не принимать соответствующих мер предосторожности. Знание представляет собой актуализированный процессом познания, отрефлексированный сознанием один из аспектов истины в бесконечном процессе ее познавания. Чтобы узнать что-то новое, человек должен найти это новое в себе, то есть, качественно измениться. Новое знание о внешнем мире – это одновременно и новое со-знание, открытое человеком в самом себе. И. Кант обосновал тезис, что научное познание не пассивно отражает действительность, а активно создает ее образ, поэтому полное незнание лучше неполного знания, поскольку точка зрения (нравственная позиция) определяет то, что исходя из нее можно увидеть. Знание как информация – это воплощение нравственно безотносительного аспекта знания: информация не содержит в себе ни действий, ни побуждений к каким-то определённым действиям, хотя сама и не является неподвижной. Но информация, в отличие от энергии не несёт в себе импульса, потенциала действия. Информацию можно использовать по своему усмотрению во благо или во зло, а можно игнорировать. Важнейшее свойство информации – её обезличенность, предполагает, что любое разумное существо, понимающее некоторый язык, может получить любую информацию, выразимую на этом языке. В отличие от энергии, информация может делиться до бесконечности, не уменьшаясь при этом в своем количестве, но ее ценность при этом может измениться очень значительно.

Власть как упорядочивающая мощь, также как  и информация – важнейший ее ресурс, составляющий основу для объективной меры при установлении отношений порядка, по своей природе нейтральны. Те или иные свои свойства и качества они приобретают при взаимодействии со своими носителями и потребителями, многократно рефлективно отражаясь в их сознании, тем самым, проявляя актуальное состояние последнего. Перефразируя известное высказывание В. Гейзенберга можно сказать, что информация не есть         информация как таковая, но информация в свете наших запросов. А истина – это не информация о мире, а свобода человека от омраченности страстями и заблуждениями. Знание истины в его качестве способности осуществлять социальное прогнозирование, которое, по выражению Ф. Бэкона, есть сила, в ее аспекте инструмента государственного строительства, также с трудом может быть обнаружено сегодня на рынке. Скорее, это последнее место, куда за ним стоит отправляться, поскольку на нем царит «неистовая речь»[8] общества, засоренная хламом низших страстей и атавистических животных желаний. Истина, в отличие от информации  доступна не любому, а только подготовленному сознанию. Также как философ, управляющий государством Платона не тот, кто имеет соответствующий диплом, а тот, чью возвышенную любовь к себе София, Божественная Премудрость, отметила знаком своего внимания. Общение, в том числе и на «рынке идей», представляет собой не только обмен информацией, но прежде всего коррекцию поведения субъектов на основе социальных норм.  Предположив обратное, мы пришли бы к ложному заключению, что социальные нормы не могут быть реализованы в обществе. Естественно, что данные выводы справедливы и для правовой системы, как нормативно-регулятивной подсистемы системы социальных норм.

Информация составляет незаменимое средство для получения человеком знания о мире, но знание не исчерпывается информацией, как и каким-либо иным средством своего достижения. Информация – лишь проекция знания в плоскость чистого рассудка, само знание гораздо богаче и разнообразней этой своей тени. В отличие от информации, знание активно. Знание по природе своей должно содержать волевое усилие, преодолевающее сопротивление природы, которая по выражению Гераклита, «любит прятаться». Жизнь как познание – это не просто получение информации, это активный акт человека, который  ставит её в отношение с собой как познающим субъектом. Фактов много, но истина одна, придавая особое значение фактам, человек теряет из виду истину. Поэтому знание – всегда волевое действие, превозмогающее заложенное  в природе сопротивления всему новому, что стремится привнести в нее человек. В соответствии с определением истины как соответствия мыслей вещам, новое знание может быть истинным и его проекция в область рассудка создает социально нейтральную информацию о них. Но знание, истинное в указанном смысле, также нельзя свести исключительно к информации, поскольку при попытке такого сведения новое знание выхолащивается и теряет смысл, а зачастую извращается в угоду требованиям господствующего усредненного сознания соответствовать общепризнанным научным истинам, а также согласованности социальных действий с последними.

Выход из этого порочного круга заключается в том, чтобы знание приобрело нравственное измерение, в силу чего  им будет затрагиваться не только рассудок, но человек in toto. Но в таком случае достичь единения общества, лояльности, будет гораздо сложнее, если не изменить систему ценностей таким образом, чтобы низшее в человеке, обществе, государстве было подчинено высшему, управлялось соответствующими параметрами порядка, поскольку только в этом случае возможно говорить об устойчивом и безопасном их развитии. Для этого система информационного права, приоритеты при постановке целей и задач правового регулирования должны соответствовать указанной иерархия параметров порядка. А правовое регулирование в инфосфере должно активно обеспечивать отвечающую поставленным целям информационную поддержку требованиям этики, в том числе и журналистской, и как минимум способствовать нейтрализовации негативного влияния пока неустранимых аспектов проявления несовершенств человеческой личности, а по большому счету – способствовать трансформации их активности на пользу обществу.

Из данных тезисов следует абсолютная необходимость существенно расширить исходную базу знаний для научного анализа предметной области инфосферы и информационного права как нормативного регулятора отношений в ней с тем, чтобы  сделать процесс познания сходящимся к истинным суждениям, а правовое регулирование – целесообразным, направленным на развитие человека, общества и государства, защиту общечеловеческих ценностей. Представляется, что прежде чем говорить о рынке идей, идентичностей, полезно было бы исходя из современной базы знаний выяснить, какие существуют научные основания полагать, например, что существует объективная возможности адекватного и определенного понимания сообщений, выраженных в различной форме и на чем она основана. Почему информация может быть массовой? Иначе говоря, обладать свойством воприниматься адекватно и единообразно в общественной сфере в смысле, который придает последнему термину Ю. Хабермас, и более того, создавать в ней когерентные состояния сознания, необходимые для принятия согласованных легитимных решений в демократическом обществе. Либертарная модель свободной прессы, возникшая на основе трудов Дж. Локка, Дж. Милтона и Дж. С. Милля, базируется на представлениях Дж. Локка о человеке как о tabula rasa. Основываясь на этом основополагающем допущении о природе человека, он обосновал утилитаризм как направление философской мысли. Естественно, что исходя из этого своего представления, Дж. Локк придавал большое значение воспитанию и известен также своими педагогическими трудами. Приверженцами его теории были и создатели первых конституций в Америке и Франции. Гипотеза Дж. Локка противоречит современным данным те только теоретической, но и экспериментальной психологии, а также других наук и не может быть адекватной сегодняшним представлениям о человеке ни на Востоке, ни на Западе. 

Если человек – tabula rasа, а именно опираясь на это представлении о нем была сформулирована первая поправка к Конституции США, то имея в условиях декларируемой свободы совершенно различные комбинации внешних воздействий, формирующих личность, какие у нас основания полагать, что увеличение степени свободы будет способствовать формированию «рынка идей», т.е. равновесной встрече спроса с предложением при фактическом отсутствии основы не только для взаимопонимания «продавца» и «покупателя», но и простого понимания ими происходящего вследствие сформированного в условиях свободы различия в их развитии? По утверждению специалистов, «…В условиях США главенствующая метафора Первой поправки провозглашает «рынок идей» и большое число научных работ посвящено правилам, обеспечивающим существование такого рынка»[9]. Возможно в силу отмеченных выше системных противоречий, результатом таких исследований является то, что этот «рынок» почему-то становится все больше похож на дорожный каток для укладки асфальта. Но в соответствии с объективными законами природы, необходимым условием для коэволюции систем, находящихся на различных стадиях развития, условием их интеграции в устойчиво развивающееся сообщество является их готовность к взаимным уступкам и даже жертвам, а не уравнивающий свойства личности каток.

На рынке товаров и услуг, потребитель, пройдя через специальным образом организованный, посредством рекламы и других средств промоушн, процесс выбора предпочтений типа «денежный насос»[10], возвращается к исходной точке без денег, но обогащенный опытом общения с «наперсточниками от экономики». На «рынке идей», гражданин, пройдя через «лохотрон» предвыборной политической демагогии теряет не столько деньги, но в большей степени веру в моральную состоятельность власти и надежду на лучшее будущее. Доверие легко утратить, но очень трудно завоевать. Как отмечал еще Конфуций, если нет доверия власти, то государству не устоять. Таким образом, теряет смысл организация такого рынка лояльности, который раскручивает спираль самоуничтожения государственной идентичности. Для достижения цели построения правового демократического государства, важно обеспечить условия для осознанного ответственного выбора на основе полной и достоверной информации о возможных его последствиях, а не «подталкивание под локоть» у избирательной урны. Для последней, лукавой версии свободы и демократии, опасно системное мышление, его культура, основанная на традиционных,  проверенных временем фундаментальных ценностях. Выполняя таким образом поставленные задачи, не обремененные ответственностью свободные СМИ служит антиконституционным целям формирования фрагментарного, осколочного мышления, в результате чего человек утрачивает способность принимать самостоятельные решения на основе критического анализа и синтеза информации. Иначе говоря, к свободному развитию личности через процесс познания. Не трудно потерять человеческий облик и встать на четвереньки, подняться с них значительно труднее, о чем свидетельствует весь исторический опыт человечества. Но об этом более содержательно могут высказаться приверженцы теории социального дарвинизма с их представлением о том, что «homo homini lupus est».

С другой стороны, по утверждению генетиков, человек имеет 3,12 млрд. пар нуклеотидов, формирующих собой от 35 до 40 тысяч генов. Геном может быть расшифрован только на 99,99%, поскольку оставшиеся 0,01% являются индивидуальной составляющей каждого человека и не укладываются в стандартные схемы. Почему в таком случае природа обеспечила такое разнообразие реализаций человеческой личности и на чем основана уверенность либертарианцев в качествах ее уникальности и неповторимости, как основания для обеспечения безусловной защиты ее прав и свобод? И каким образом последние могут быть неотъемлемыми, если для последователей философии утилитаризма и инструментализма человек, вопреки данным генетики – «чистая доска»?

Эти и им подобные системные противоречия могут быть разрешены, например, исходя из авторского предположения, что генетический код не более, чем индивидуально формируемый и модифицируемый собственными волевыми усилиями код доступа к тому океану информации, в котором зародилось и развивается человечество в целом, а также отдельные, но неразрывно энергетически и информационно связанные между собой в социум его представители. Таким образом, каждый человек, получая еще в пренатальном своем состоянии минимально необходимый для своего развития доступ (иерархически организованный набор ключей доступа) к энерго-информационным полям соответствующего уровня, учится у других пользоваться ими, а в дальнейшем, своими собственными усилиями применяя и модифицируя хромосомный набор, а также внехромосомный автономный наследственный аппарат митохондрий, продвигается к освоению (или к забвению) все новых и новых информационных массивов – баз знаний из кладовых природы и общества, внося и свой посильный вклад в их пополнение. Определенные основание для данной гипотезы автору дает интересное исследование С.В. Петухова, обнаружившего глубоко структурированную упорядоченность генетического кода, универсальную для всех живых организмов[11]. Подобная упорядоченность является действительно неотъемлемым качеством человека, объективным основанием  для существования самой возможности понимания им универсального языка Природы и осуществления на его основе коммуникации как с ней, так и себе подобными. Подобного рода индивидуальная «интеллектуальная собственность» на коды доступа в инфосферу предоставляет человеку возможность для творческого развития личности, свободную от  потребительства и вещей, но не от законов Природы и основанных на них законах государства. Иначе говоря, естественных, правовых законов.

Свобода, в другом своем аспекте понимаемая как проявление разумного и осознанного выбора человеком целей, связанных с построением достойной жизни и свободного развития,  коррелирует с пониманием свободы в свете теории социальной ответственности прессы не  только как «свободы от…», но и как «свободы для…»[12]. Свобода мысли, возможность выражать свое мнение публично, не предполагает права навязывать свое мнение другим. Поэтому свобода выражать свое мнение должна быть сбалансирована наложением обязанностей и ответственности за злоупотребление такой свободой, которые предусмотрены законом. В праве, «свобода от…» описывается понятием status negativus и должна регулироваться системой правовых режимов типа «обязанность – ответственность». Напротив, «свобода для…» как средство самореализации и свободного развития личности в обществе и государстве, в том числе посредством участия в формировании  и осуществлении государственной власти, описывается понятием status aсtivus и должна регулироваться системой правовых режимов типа «права – гарантии».

Информация – основа любой осмысленной целенаправленной деятельности, которая невозможна без принятия осознанных волевых решений, в том числе и таких, которые могут порождать правовые последствия. По неустранимой причине  существования сильной нелинейной положительной обратной связи процессов правотворчества и правореализации с их информационным обеспечением, происходит смешение понятия информации в ее аспекте объекта правового регулирования и информации в ее аспекте информационной основы указанной деятельности. Такое явление отмечалось в истории науки, когда понятие информация в теории информации, более точно соответствовало понятию сигнал, и не имело и не имеет до сих пор ничего общего со смыслом сообщения как в логико-семантическом, так и обыденном понимании. Правовая информация, как информационная основа правовой деятельности законодателя, правоприменителя и других субъектов права, поскольку она предикативно ограничена, приобретает при этом новое качество. Она максимально формализована и в силу этого, насколько это практически осуществимо, инвариантна по отношению к известным законодателю контекстам. В этом смысле понятие правовая информация по своей природе ближе к понятию сигнал – т.е. комбинации символов, имеющих в идеале конкретное и однозначное значение для каждого, знакомого с кодовой таблицей символов языка сигналов вне зависимости от контекста. Реально, как и в теории информации, сигнал, пройдя через систему с шумом (например, сознание правоприменителя), искажается, что зачастую влечет за собой необходимость его восстановления посредством толкования с целью выяснения замысла законодателя.   Информационное право как отрасль имеет дело с взаимодействием в сознании субъектов права как правовой информации в указанном выше смысле, так и с информацией как объектом права, не существующей без контекста.

3. О системе информационного права

Как и всякая система, она должна обладать внутренними организацией и структурой, а также проявляться целесообразным образом во внешней среде. Вопрос о том, что является внешней средой по отношению к системе информационного права, объект которой в принципе не может обладать  локализованными границами, требует особого исследования.  Информация – не только объект права, ресурс культуры, религии, науки и всех других, включая осуществление государственной власти, сфер человеческой деятельности, но и неотъемлемая часть среды обитания человека. Право на благоприятную среду обитания общепризнано его неотъемлемым правом. Часть инфосферы, свободная для неограниченного доступа, одновременно является и частью ноосферы, и в силу этого обстоятельства должна отражать присутствие разума в человеческой деятельности, преимущественно достойные его проявления. Коль скоро человеческая природа отягчена атавизмом животной составляющей своей природы, рычагом, в том числе экономическим для трансформации его низших инстинктов в общественно-полезную сферу деятельности, должны служить благоразумные ограничения и обременения, служащие цели уменьшения влияния первых на характер и поведение людей. На наш взгляд, система информационного права должна быть продолжением, расширением той, которая реализована в природе и представлять собой систему с распределенным правовым регулированием доступа к установленной законом иерархии информационных сетей,  информационным ресурсам каждой из них как в целом, так и отдельным их сегментам в зависимости от характера и уровня поступающих запросов, а также правового статуса субъекта обращения. Информационные сети должны строиться как децентрализованная система на основе принципов функциональной стандартизации по типу открытых систем[13]. Позитивной правовой основой, каркасом  для построения системы служат Конституция РФ и система  конституционного права. Таким образом, система информационного права как комплексная отрасль права, должна состоять из основных подотраслей, содержащих в своем составе правовые институты и режимы, регулирующие отношения по поводу:

·         классификации и организации информации;

·         порядка ее изменения (актуализации) в пространстве и времени;

·         средств ее получения, обработки, распространения и коммуникации;

·         режимов доступа к информационным сетям и ресурсам;

·         взаимодействия государственной, общественной и индивидуальной инфосфер между собой и с внешней информационной средой;

·         адекватного и безопасного использования информации;

·         оценки результатов информационной деятельности субъектов права и порядка ее упреждающей коррекции в процессе правотворческой и правоприменительной деятельности;

·         других, поскольку перечень принципиально не может быть исчерпывающим.

Комплексный характер отрасли является неизбежным следствием того обстоятельства, что система общих норм должна формироваться на основе установления динамического баланса частноправового и публично-правового аспектов регулирования общественных отношений в инфосфере ввиду нерасторжимого их единства, обусловленного спецификой объекта правового регулирования. Кроме того, специфика информации как ресурса для целей правового регулирования заключается в том, что его использование неотделимо от коммуникации и предстает в триединстве информации, информационных ресурсов и информационных технологий.

Правовое регулирование отношений в инфосфере в целом должно быть системой правовых институтов и правовых режимов, динамически сбалансированной по основным, представленным на Рис.1 составляющим своей направленности. Оно должно способствовать формированию системы общедоступных информационных ресурсов, созданию условий для доступа к ним и предоставлению всем заинтересованным субъектам социально значимой и специализированной информации, предоставлению информационных магистралей для интерактивного информационного взаимодействия субъектов, включая органы государственной власти всех уровней, в режимах – каждый с каждым, каждый со всеми и все со всеми.

Целью, достигаемой при осуществлении правового регулирования информационных отношений является создание своевременного, полного и качественного  информационного обеспечения процессов принятия решений и предпринимаемых действий, направленных на:

·   Творческое самовыражение личности в социокоммуникативном общении.

·   Осуществление прямой и обратной связи в государственном управлении, адекватных закрепленным в действующей Конституции  принципам взаимодействия государства и гражданского общества, как самоорганизующейся его подсистемы.

·   Формирование системы ценностей и установление их приоритетов, адекватных публично провозглашенным и закрепленным в действующей Конституции целям, их гармонизации с объективно существующим на данном этапе развития условиям и требованиям внешней среды.

·   Защиту прав субъектов информационных отношений, осуществление гарантий неприкосновенности личной жизни граждан от несанкционированного вмешательства.

·   Обеспечение режима законности при решении задач государственной и общественной безопасности, в том числе в информационной сфере.

·   Создание благоприятной информационной среды для международного общения на основе общепризнанных норм и принципов, с учетом специфики кросскультурной коммуникации.

·   Использование социальных и экономических преимуществ и выгод глобального информационного общества всеми людьми без исключения.

Рис.1. Основные составляющие направленности правовых институтов и режимов в инфосфере[14]

            Достижение указанной цели требует адекватных средств для ее достижения, что является непростой задачей, и требует наличия достоверных, научно обоснованных данных для установления оснований систематизации, классификации, как предмета, так и объекта информационных отношений. Основная проблема заключена в выработке критериев и оснований для классификации объекта правового регулирования. Прежде всего, будем отличать информацию, зафиксированную в действующих источниках права и информацию как объект последнего. Это два потока информации существенно различаются своими качествами. Первый – максимально формализован и освобожден законодателем от контекста, но связан целевыми функциями соответствующих источников права, составляющих в своей совокупности общие цели и задачи правового регулирования. Второй – не существует без контекста, но свободен от априорного целеполагания, поскольку имеет смысл своего существования только как свободный поток идей и смыслов. Исключительно в таком своем состоянии он максимально свободен от искажений при столкновении с невежеством и предубеждениями, опасными прежде всего для самого ценного, что в нем может быть заключено – нового знания.

В процессах правотворчества и реализации права эти два потока нерасторжимым образом сливаются и взаимодействуют в сознании субъектов права и по одной только этой причине представляется невозможным осуществить объективное правовое регулирование содержания  информации, присутствующей во втором потоке. Строго говоря, в инфосфере всякое правовое регулирование влияет на содержание его объекта в той или иной степени, поскольку создает собственный контекст, не существовавший или не предполагавшийся при создании конкретного объекта правового регулирования. Но особенно это взаимодействие сильно и взаимозависимо при попытке регулировать содержание информации в процессе, который можно обобщенно назвать цензурой, поскольку к таковой можно отнести и некоторые аспекты редакционной деятельности.

Данное обстоятельство, в сочетании с тем, что правовые нормы сами по себе также являются объективно-субъективными феноменами[15], делают невозможным осуществление цензуры в ее явной или скрытой формах как деяния, имеющего объективные основания. По этой объективной причине, а также в силу требования действующей Конституции, запрещающей цензуру, то есть требование предварительно согласовывать сообщения и материалы, объектом правового регулирования должна быть не информация как таковая, ее содержательная составляющая, а ее движение, оборот, систематизация, структурирование потоков и массивов, их организация с целью упорядочения доступа к ней целесообразным и безопасным как для нового знания, свободы творческого самовыражения личности образом, так и безопасности человека, общества и государства в целом.

                В таблице 1 предложены некоторые основания для классификации объема понятия информация в зависимости от ее качественных характеристик, функций, субъектного состава производителей и пользователей, средств распространения.

Таблица 1

Для целей правового регулирования важно определиться с понятием массовая информация. Представляется, что это та информация, без которой данное сообщество не может существовать в своем системном единстве, поскольку не обеспечено минимально необходимыми и адекватными целям его интеграции коммуникативными связями. Это такая информация, которая должна служить человеку источником объективных знаний об окружающей его среде, людях, событиях, фактах, пробуждающих его активность к процессам познания. СМИ обеспечивают функцию обратной связи в публичной сфере взаимодействия общества и государства, позволяя осуществлять такое взаимодействие для достижения поставленных в Конституции целей развития, принимать осознанные ответственные решения на основе полной и достоверной информации. Для того, чтобы такая обратная связь носила конструктивный а не хаотический характер, необходимы постоянные усилия против недопустимого, разрушительного уровня хаотичности в информационных потоках данных. Особенно это касается тех контуров обратной связи, в которых циркулирует конфиденциальная, секретная информация, не допускающая несанкционированного доступа. Продолжая аналогию с информацией закрытого характера, необходимость в упорядочивании ее оборота и доступа к которой ни у кого не вызывает сомнений, по тому же принципу структурировать и упорядочить остальные ее потоки и массивы.

Безусловно, для того, чтобы структурировать информационные потоки, необходимо выработать соответствующие критерии для их классификации, что не является простой задачей. Для осуществления такого рода деятельности необходимо широкое привлечение общественности, а в случае отсутствия консенсуса – поскольку общественная дискуссия, как правило, должна заканчиваться принятием ответственного легитимного решения, необходимо разработать правовые режимы взаимодействия субъектов права по информационным проблемам с органами судебной юрисдикции. По нашему мнению, особое место в данном вопросе принадлежит органам конституционной юстиции и специализированным третейским судам по информационным спорам.

Правовые режимы доступа к особо охраняемой информации, несанкционированное раскрытие которой может, как минимум, свести на нет силы и средства, затраченные на ее поиск и получение, должны иметь существенно иную направленность, в отличие от правовых режимов доступа к информации, который не только не может быть ограничен ни при каких обстоятельствах, но обязательное ее раскрытие в СМИ вменено в обязанность соответствующих органов, организаций и должностных лиц. СМИ – мощное средство положительного нравственного воздействия на душу человека, помогающее ему в борьбе со своей низшей, страстной натурой и в проявлении натуры вечной, божественной. Чтобы служить основой для создания благоприятной информационной среды обитания, общения с целью формирования творческой свободной личности, для принятия ответственных решений на основе свободного осознанного выбора, массовая информация не может быть неупорядоченной.

Справедливо, что национальное и международное право разграничивает печатные и электронные СМИ по признаку наличия волевого осознанного выбора для ознакомления с их содержанием до того, как оно вступает в соприкосновение с сознанием субъекта. Электронные СМИ имеют возможность непосредственно воздействовать на сознание и психику людей вне зависимости от их выбора. Необходимо такое регулирование, при котором специализированная информация была бы недоступна без осуществления предварительного ясно выраженного волевого желания с ней ознакомиться, что может быть реализовано посредством криптозащиты как информационных массивов, так и средств передачи данных в неограниченных средах с взиманием платы за ресурс, либо статусный доступ к нему. Например, в том случае, если кто-то включает в объем своих неотъемлемых прав, в соответствии с качеством своей личности, право заглядывать в чужие окна или в отхожие места через стекло, необходимо создать разумные препятствия, преодоление которых служило бы безусловным доказательством их преодоления в свободном волеизъявлении. В этом случае добровольный предварительный платеж будет служить необходимым и достаточным доказательством осознанного  свободного вступления индивида в данные информационные правоотношения. При таком подходе из числа субъектов подобного рода правоотношений по естественным основаниям исключаются лица с ограниченной правосубъектностью, прежде всего, несовершеннолетние и молодежь.

Малолетние дети, несовершеннолетние, а также лица, признанные в судебном порядке недееспособными или ограниченно дееспособными, не обладают в полной мере способностью трезво оценивать свои действия и не могут полностью нести за них ответственность. Вменяемость и невменяемость есть свойства личности, которые характеризуют не вообще психические способности лица, а состояние его интеллекта и воли по отношению к конкретному акту поведения. Вменяемость включает медицинский и психологический критерии. Медицинский критерий подразумевает наличие у лица слабоумия, хронической душевной болезни, внезапного расстройства психики или иного болезненного состояния. Психологический критерий невменяемости означает неспособность лица отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими, неспособность понимать их фактическую сторону. Как отмечает Г.В. Мальцев, право не терпит отсутствия юридически значимой воли у субъекта, оно восполняет его волей другого лица, отвечающей разумным и общепринятым требованиям. Государство признает данную категорию физических лиц субъектами определенных прав и обязанностей, но предусматривает меры для того, чтобы в системе общественных отношений, складывающихся в процессе реализации данных прав и обязанностей, они были представлены законными представителями, способными вполне сознательно совершать определенные юридические действия в интересах данных лиц. Волеизъявление законного представителя в силу особенности информационных правоотношений должно осуществляться не на стороне пользователя, «у кнопки», а у источника, на стороне главного редактора, выпускающего информацию «в свет». Следовательно, редакции и должны наделяться правами, обязанностями и ответственностью законных представителей всех вышеупомянутых категорий лиц, в том числе и за то, чтобы не способствовать своей деятельностью уменьшению показателя дееспособности народа. Это существенное системное требование, поскольку в демократическом государстве именно ему принадлежит вся полнота власти. Но власть не может принадлежать недееспособному субъекту по определению, поэтому в силу указанных соотношений, подобного рода подрывная деятельность ведет к неизбежному вырождению народа, а с ним и государства, как инструмента его воли, а потому должна быть строго ограничена правом.

СМИ осуществляют информационное обеспечение экономики, способствуют осуществлению конституционных гарантий единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств, поддержки конкуренции, свободы экономической деятельности. С другой стороны, собственный оборот информации как ресурса должен преследовать не только цель извлечения прибыли как таковой. Оборот информации должен при этом обременяться общественной функцией позитивной направленности и не только не причинять вреда, но приносить пользу человеку, обществу и государству. По мнению специалистов по рекламе, последняя «стремится продвигать такое отношение к жизни и такой стиль жизни, которые превозносят приобретении и потребление за счет других ценностей»[16]. Поэтому представляется справедливым упорядочить, распределить потоки информации, диверсифицировать прибыли, получаемые за счет эксплуатации низших инстинктов в пользу просвещения, культуры, прежде всего культуры мышления. Коммерческая функция использования информационных ресурсов должно осуществляться на собственной правовой основе, и входить в иную, чем СМИ инфраструктуру специализированных средств информации. Она может содержать как открытые, так и криптографически защищенные массивы информации и коммуникативные сегменты. Часть информационной сферы коммерческой рекламы должна быть отделена от общественной и регулироваться специальным законодательством, на которое не должны распространяться права и свободы сверх тех, которые установлены для бизнеса, который должен подлежать налогообложению с перераспределением доходов в пользу СМИ. Сверхприбыли в сфере информационного обслуживания низших инстинктов человека, являют объективным показателем неблагополучия в обществе, и должны быть положены на рычаг, которым можно поднять на должный уровень информационное обеспечение образования, просвещения и воспитания. Никогда электронные СМИ не заменят печатные, также как «fast food» не заменит систему общественного питания. Но есть смысл перераспределить потоки коммерческой информации в Интернет, поскольку там проще структурировать и перераспределять ее потоки и осуществлять контроль над отсутствием злоупотреблений в этой сфере. Цели, задачи и методы информационного обеспечения функционирования рыночной экономики, «электронной торговли» отличаются существенным образом от «рынка идей» тем, что последние служат задачам информационного обеспечения демократических основ конституционного строя, решению научных, образовательных и культурно-просветительских задач. Следовательно, они относятся прежде всего к публичной сфере и их правовое регулирование должно осуществляется преимущественно публично-правовыми методами, тогда как первые относятся преимущественно к сфере частного права.

С точки зрения экономики, основным вопросом является то, каким образом организовать функционирование свободных СМИ, пользуясь выражением Комитета министров Евросоюза, в «рентабельной манере». Практика различных государств демонстрирует существование различных подходов к решению данной проблемы. Один из возможных вариантов, заключается в том, чтобы доходы, полученные от производства и распространения образов были объединены ради усиления информационной функции СМИ как единого целого (системы). Существуют примеры подобного рода организации эфирного вещания. В Великобритании Канал 4 получал определенную долю рекламных поступлений на поддержание объективности и стандартов фактичности[17]. Такой подход позволяет не только адекватно определять характер развития общественной сферы, но и то, является ли оно результатом гражданских и духовных устремлений или же пущено на самотек в надежде на действие рыночных сил.

Смысл в обороте информации – получение полезного эффекта от использования как имеющегося знания, так и полученного на основе опыта нового знания. Представляется не только возможным, но и необходимым определять и активно влиять на мотивацию указанных устремлений к реализации этой важной публичной функции. Для нее нет необходимости в существовании конкурентной среды, поскольку качества объективности и фактичности являются элементами неовеществленного капитала (goodwill) компании, капитализация которого актуализируется, как правило, только в сочетании с другими показателями деятельности СМИ как производственных компаний, действующих на свободном рынке. Это обстоятельство не избавляет их от необходимости демонстрировать максимальную коммерческую эффективность в сфере производства, при том, что в обмен на финансовую поддержку им вменяется забота о процветании общественной сферы, как это осуществляется в Германии. Единственное существенное условие – гарантия действительно «свободной трибуны» для всех высказываний по общественно значимым вопросам, а не только для групп влияния. В американской практике такой гарантией, не являющейся по нашему мнению абсолютной, признается децентрализация, которая не может обеспечить системную независимость сама по себе, она просто усложняет и удорожает работу соответствующих групп влияния. Это особенно очевидно в условиях, когда «рынок идей» отягощен зависимостью от товарных и финансовых рынков. В качестве примера, можно привести последнюю инициативу взимания платы за общественное телевидение «с ящика», содержащуюся  в находящемся на рассмотрении Государственной Думе законе «Об общественном телевидении». В его концепции заложен подход, обратный представленному, в силу чего закон может потерпеть неудачу, даже если окажутся приемлемыми издержки на его практическую реализацию. По нашему мнению, требования закона уязвимы как со стороны конституционного, так и гражданского законодательства, но об этом говорить до его принятия преждевременно. Множество других попыток поиска механизмов «автоматического» финансирования, при всей их изощренности и дотошности, страдают тем общим недостатком, что ориентируются на технологический, инструментальный анализ многих его аспектов и их оттенков, исходя из сиюминутных, тактических соображений финансового, либо политического характера.  При такой методологии поиска, постоянно выявляются тысячи факторов влияния различного характера, но  отсутствуют механизмы, процедуры их свертки и основания для самоорганизации. Последние могут быть обнаружены только в результате стратегического анализа развития человека как такового в его взаимоотношениях со своей собственной природой, во взаимодействии со средой своего обитания.

4. От системы информационного права к Закону о СМИ

Прежде, чем перейти  к Закону о СМИ, скажем несколько слов о системе информационного законодательства в целом. По нашему мнению, отображение, гомеоморфизм указанной выше системы информационного права на систему законодательства с необходимостью требует ее трансформации в гипертекстовую среду с единым тезаурусом. Структурирование с использованием интернет-технологий в гипертекстовую информационную среду[18] всего массива нормативных актов, составляющего систему информационного законодательства, будет способствовать выявлению их связей, установлению фактов соответствия или коллизии норм. При совершенствовании правового регулирования с использованием и применением указанных технологий в процессах правотворчества и правоприменения, можно эффективно выявлять, а при необходимости и блокировать действие нормативных правовых актов, не соответствующих актам высшей юридической силы, то есть реально обеспечить на всех уровнях конституционность системы информационного законодательства государства. Для этого необходимо принять Федеральный закон «О нормативных правовых актах» в котором установить основные элементы структуры и форматов нормативных документов, определяющих их совместимость с возможностью хранения, обработки и обмена информацией посредством  веб-серверов.

С организационной точки зрения, поскольку разработка информационного законодательства в аспекте установления правового регулирования безопасности традиционно отдана на откуп правоохранительной системе государства, менталитет представителей которой, как правило, направлен на формирование системы запретов, для формирования необходимых и адекватных существующей правовой системе дозволений, их присутствие необходимо уравновесить специалистами с «праводозволительным», правозащитным менталитетом. Организационно возможна автономная разработка ими собственных проектов, которые затем балансируются  в процессе публичной свободной дискуссии в совместных рабочих группах до вынесения на суд общественности в СМИ и до вынесения законопроекта на первое чтение в Государственной Думе. По этой же причине, а не из подозрений в профессиональной недобросовестности или профнепригодности, нельзя отдавать разработку концепций и подготовку законов, регулирующих отношения в инфосфере на откуп узких специалистов в предметных областях знаний, прежде всего представителям бизнеса, а также самим СМИ, чтобы избежать зацикливания на собственных интересах. В силу того, что велика вероятность зацикливания проекта Закона о самих себе в СМИ, его разработку абсолютно необходимо осуществлять с привлечением независимых экспертов из других областей знаний, как гуманитарных, так и естественных наук.

О концепции Закона о СМИ.

Общая часть должна содержать развитый тезаурус основных понятий и определений, позволяющий разграничивать понятия информации массовой от немассовой, специализированной и приватной; свободу выражения мнений от форм ее реализации, в том числе путем неограниченного и бесконтрольного их тиражирования, превращающего свободу в ее антипод – вседозволенность; свободу занятия распространением информации как профессиональной деятельности по осуществлению общественно-полезной публичной и государственной функции от свободы PR и рекламной предпринимательской деятельности, осуществляемой на свой риск и под свою ответственность. Общую часть должна отражать также основные конституционные нормы и принципы, устанавливающие конституционно-правовые основы правового регулирования в информационной сфере, а также их преломление с учетом отраслевой специфики, зафиксированные в общих нормах информационного права как комплексной отрасли права. Необходимо также учесть и использовать отраслевую специфику применения конституционных норм, выявленную в соответствующих решениях Конституционного Суда с целью установления баланса частных и публичных интересов в соответствующих отношениях.

В открытых системах, для создания гарантий свободного распространения информации в СМИ, логическая структура норм общей части должна строится по принципу двойного отрицания, установления запретов на запреты и ограничения. Они, в частности, должны содержать перечисление конституционных гарантий запретов по каждой отрасли публичного и частного права, выявленных в том числе и в решениях судов. Например:

В соответствии с действующей Конституцией не подлежат уголовному преследованию лица, …

Налоговое законодательство не может содержать дискриминационных норм, устанавливающих размер и порядок налогообложения, а также норм отменяющих льготы для субъектов, подлежащих налогообложению на основании исключительного признака их занятости в сфере производства и распространения СМИ...

Административное регулирование производства и распространения СМИ не может содержать запретов и ограничений, связанных с …

Таможенное законодательство не может регулировать вопросы, связанные с …

Гражданско-правовое регулирование не может применяться без учета особенностей, связанных со спецификой объекта правового регулирования, а также выявленного смысла требований норм Конституции и международного права в данной сфере... и.т.д.

                В Законе необходимо развести понятия информация, массовая информация и средства массовой информации как средств, служащих целям формирования безопасной информационной среды обитания человека. Качества целесообразности и безопасности в силу указанных выше особенностей взаимодействия человека с информационной средой, а также осуществление межличностных социокультурных коммуникаций ее посредством, накладывает определенные ограничения и обуславливает необходимые дозволения и их гарантии, составляющие специфические особенности правового регулирования функционирования средств массовой информации, адекватных и гармонизированных с публично заявленными  целями. По существу это известная проблема соотношения цели и средств ее достижения.

Приведем в качестве иллюстрации вариант возможных поправок в действующий закон о СМИ, касающихся основных терминов и определений с их кратким комментарием.

Массовая информация – имеющие публичное значение осмысленные достоверные сообщения, а также значимые высказывания по поводу общественных дел и предназначенные для неограниченного круга лиц. Массовая информация, в зависимости от ее носителя, может принимать форму печатных, аудиосообщений, аудиовизуальных и иные продуктов и материалов.

В объем понятия естественным образом попадает информация, официально распространяемая органами государственной власти, в том числе и размещенная на сайтах «электронного правительства», а также итоговая информация ГАС «Выборы». Данное определение обладает тем достоинством, что на его основании из объема понятия вычленяются сообщения и высказывания:

·   недостоверные;

·   не имеющие публичного значения;

·   не относящиеся к общественным делам, например рассуждения публичного лица о себе любимом.

По нашему мнению, права и свободы, а также их гарантии, предусмотренные действующими нормами международного права и Конституции РФ (статья 29 часть 3), должны распространяться только на таким образом понимаемую массовую информацию.

Распространение недостоверной информации в СМИ должно служить основанием для наступления юридической ответственности тем более, когда при этом наносится ущерб неограниченному кругу лиц. Поэтому назрела потребность в теоретической разработке понятия публичной ответственности, признание наступления которой органами конституционной или административной юрисдикций, явилось бы преюдициальным основанием для наступления иных видов юридической ответственности. В связи с информационными правоотношениями с участием СМИ, необходимо предусмотреть возможность подачи обращений в защиту публичного интереса, общественной морали и нравственности, охраны прав материнства и детства от информационной агрессии.

Под средством массовой информации понимается именованная (авторизованная) форма[19] периодического распространения массовой информации. Средства массовой информации призваны выполнять важные публичные функции обеспечения социокоммуникативных связей и гарантий осуществления прав и свобод, предусмотренных действующим правом.

Формами средств массовой информации, в зависимости от вида носителя, являются …..

Под продукцией средства массовой информации понимается…(далее по тексту действующего Закона).

Под распространением продукции средства массовой информации понимается….

Производство и распространение массовой информации имеет своей целью создание благоприятной для устойчивого и безопасного эволюционного развития человека, общества и государства информационной среды.

Информационная среда – область пространства[20], в которой осуществляется беспрепятственное распространение продукции СМИ до ее конечного потребителя. Информационная среда дифференцируется в зависимости от вида носителя массовой информации, а также объема и назначения продукции СМИ следующим образом:….

Правовое регулирование создания средств массовой информации, производства и распространения их продукции, а также правоприменительная практика должны осуществляться на основе действующей Конституции РФ с учетом баланса публичных и частных интересов всех лиц, принимающих в участие в этих процессах. Все спорные вопросы, не нашедшие своего урегулирования посредством дискуссии, в том числе публичной, разрешаются исключительно посредством судебной юрисдикции.

Заключение

Как отмечал Козьма Прутков, некоторые вещи нам не понятны не потому, что они сложны, а потому, что не входят в круг наших понятий. Более общие и абсолютно строго обоснованные утверждения содержатся в известных теоремах, доказанных математиком и логиком К. Геделем. Поэтому имеется объективная необходимость разработки категориального аппарата информационного права, создание концептуального, метасистемного языка для описания будущего его развития и стратегического планирования законотворчества в инфосфере. Без последнего правовое регулирование обречено на реактивный характер, поскольку темпы изменений в этой сфере несравнимы ни с какой другой. В заключение сделаем одно замечание в адрес скептиков, полагающих, что данная концепция не обладает в настоящее время качеством практической реализуемости. Для них, а также для всех остальных, напомним начало процесса освоения атомной энергии полувековой давности. Пренебрежение мерами безопасности при ее изучении со стороны первых исследователей, приводившее не раз к трагическим  последствиям даже в условиях строгой локализации процессов, с течением времени трансформировалось в создание беспрецедентных по своей изощренности систем контроля и обеспечения безопасности ее использования. Поэтом так важен даже малый шаг в правильном направлении – он неизбежно приближает нас к цели создания условий для использования информации в целях устойчивого и безопасного эволюционного развития человека, общества, государства и человечества в их системном единстве.

Комментарии