Фигура умолчания: особое внимание к тому, что не напечатано в газете

Иан Мэйс
Работа над ошибками
Опыт омбудсмена газеты "Гардиан"

Институт проблем информационного права
Серия "Журналистика и право"
Выпуск 52

Фигура умолчания:
особое внимание к тому, что не напечатано в газете

16 сентября 2002 г.

Жалобы на то, что то или иное событие не упоминается в газете, разбирать обычно очень трудно. Почти всё, что каждодневно происходит в мире, не находит отражения на печатных страницах газеты или на страницах её Интернет-сайта. То, что вы получаете, является, по мнению «Гардиан», подборкой наиболее значительных деталей наиболее значительных событий. Состав её всегда остается под вопросом, и иногда, поразмыслив, газета соглашается, что была в чём-то неправа.

Нас ругают не просто за замалчивание какого-либо события, но и за мотивы, по которым мы не стали его освещать. Как я обнаружил, сама жалоба часто вызывается непоколебимой убеждённостью в том, что неупоминание — умышленное звено в необъявленной программе действий конкретного журналиста или газеты «Гардиан» в целом.

Почему в октябре прошлого года ничего не сообщалось о марше против войны в Афганистане? Главный редактор открыто признал: «То, что мы не осветили этот марш, было нашей ошибкой». Я писал об этом в своё время. Одного или двух читателей не убедили такие объяснения, — вернее, они остались уверенными в том, что газета сознательно не стала освещать марш, потому что он шёл вразрез с генеральной линией издания, заключающейся в поддержке ею военной операции в Афганистане.

«Почему, — спросил меня на прошлой неделе читатель из Израиля, — газета не сообщила о состоявшемся 10 сентября в городе Газа митинге в поддержку Саддама Хусейна, в котором участвовало примерно 2000 арабов?» Вслед за статьёй из неуказанного источника со ссылками на агентство Ассошиэйтед Пресс задавался вопрос: «А появился ли репортаж об этом в сегодняшней «Гардиан»?»

Ответ — нет, не появился. Во всяком случае, корреспондент «Гардиан» в тот день находился на Западном берегу реки Иордан. Вопрос же был явно риторическим и подразумевал, что из-за якобы антиизраильской и пропалестинской линии нашей газеты материал вроде этого, который, по мнению читателя, был бы нелицеприятен для палестинцев, не имел никаких шансов появиться в «Гардиан».

В действительности же поиск в Интернете не дал ни одного упоминания об этом событии в какой-либо из общенациональных газет Великобритании.

Порой журналист «Гардиан», прочитав колонку исправлений за день, говорит мне, что я сам себя наказываю. Может быть, так оно и есть.

Несколько дней назад я, наконец, согласился, по просьбе того же израильского читателя, поместить в колонке исправлений замечание — я не решаюсь назвать его «исправлением» — по поводу одного момента в прощальном репортаже нашего бывшего корреспондента в Израиле. Она написала: «После 11 сентября… палестинцы и израильтяне провели демонстрации солидарности с американским народом под поразительно схожими лозунгами на плакатах: «Мы знаем, как вы себя чувствуете. Мы тоже — жертвы терроризма». В помещённом в колонке исправлений замечании, написанном после консультаций с корреспондентом газеты, был повторён этот отрывок, после чего шло добавление следующего содержания: «Нам следовало упомянуть то, о чём мы в своё время сообщали — что имели место несколько палестинских демонстраций ограниченного масштаба, участники которых ликовали по поводу случившегося».

Я напечатал это замечание, потому что я прекрасно помнил репортаж, напечатанный тогда в «Гардиан», и был уверен, что его помнили и многие другие читатели. Об этих демонстрациях сообщалось и по телевидению.

Репортаж «Гардиан», подготовленный нашим иерусалимским корреспондентом и двумя другими штатными журналистами, вышел без иллюстраций, но в шесть колонок шириной в нижней части одной из внутренних страниц номера от 12 сентября под заголовком: «Радость палестинцев — всемирное осуждение». Он начинался так: «Палестинские боевики в лагерях беженцев в Ливане палили вчера в воздух в знак торжества и веселья, тогда как весь остальной мир объединился в этот день под лозунгами осуждения «чудовищных» и «гнусных» атак на США». Мы привели слова вооружённого боевика, который в ликовании палил из ружья в лагере для беженцев в Дженине на Западном берегу реки Иордан: «Это Бог отомстил Америке за то, что она поддерживает Израиль». Тогда же мы сообщили и о том, что Ясир Арафат осудил террористические атаки и выразил сожаление по поводу гибели людей.

Переписка с читателем в Израиле, недовольного тем, что об этом не было упомянуто в нашем недавнем репортаже, продолжилась и после опубликования «исправления». Он пожаловался на то, что я не отреагировал на его требование разъяснить, что палестинские демонстрации, так похожие на демонстрации израильтян, были организованы Ясиром Арафатом.

Между тем двое или трое читателей выразили недовольство антипалестинской предвзятостью «исправления» — иначе говоря, меня обвинили в том, что я незаслуженно благоволю к израильскому жалобщику.

На прошлой неделе обозреватель во второй тетрадке «Гардиан» предположил, что дело двух человек, осуждённых за преступление на расовой почве и приговорённых к 18 месяцам тюремного заключения, возможно, не было рассмотрено надлежащим образом. В частности, он отметил, что один из осуждённых был простым свидетелем, а не действующим лицом события. Как заметил в письме к главному редактору один читатель, журналист не указал, что на слушаниях в суде было выявлено, что этот человек наехал на своём автомобиле на темнокожего полицейского.

Аргументы должны подтвержаться «кричащими» фактами. Обычно мы признаём и включаем их в свои материалы, — обычно, но далеко не всегда.