№ 9. Госдума и СМИ: игра по новым правилам... аккредитации

Комментарии Центра "Право и СМИ"

Центр "Право и средства массовой информации"
Серия "Журналистика и право"
Выпуск 20

№ 9

Госдума и СМИ: игра по новым правилам... аккредитации

В чем проблема?

В течение трех недель не прекращаются споры по поводу новых Правил аккредитации, утвержденных Советом Государственной Думы еще 28 октября 1997 г. В прошлую пятницу их вступление в силу было приостановлено из-за возражений комендатуры Госдумы. Очевидно, что раньше Нового года переаккредитация российских парламентских корреспондентов проводиться не будет. Тем не менее, обсуждение предстоящих изменений актуально уже сейчас. Правила аккредитации в высшем органе законодательной власти страны являются не только показателем того, как соблюдаются права и интересы журналистов самой Госдумой, но служат и своего рода "меркой", в соответствии с которой местные органы власти определят, насколько они должны считаться с журналистами в вопросах предоставления им информации.

Отношения между депутатами и средствами массовой информации далеки от идиллии. Депутатам не нравится, как аккредитованные при Госдуме СМИ "освещают" их деятельность, чаще высмеивая самих депутатов и их поведение, чем разъясняя смысл внесенных законопроектов и принятых ими законов. Причиной недовольства журналистов часто становятся ограничения, которые устанавливают депутаты для парламентских корреспондентов, скажем, недавний запрет находиться в пленарные дни в холле перед залом заседаний или обсуждавшаяся пару месяцев назад возможность запрета видеосъемок с балкона и прочее.

Что хорошего в новых правилах?

Закончились мучения редакций, в которых освещением Госдумы занимаются попеременно несколько корреспондентов, и особенно телевизионщиков, которым до сих пор приходилось оформлять именной пропуск на каждого технического сотрудника. При том, что квоты, выделенные отдельным СМИ были очень ограничены, болезнь или командировка "парламентского" оператора становились сущим бедствием. Теперь вводятся аккредитационные карточки на предъявителя, дающие право прохода в Госдуму любому сотруднику редакции. Правда, это нововведение создает возможность злоупотреблений со стороны журналистов. Во-первых, в Думе может появиться больше (их и сейчас немало) людей, хоть и обладающих "корочкой" корреспондента, но от парламентской журналистики весьма далеких. Во-вторых, имея две аккредитационные карточки на предъявителя по нехитрой схеме можно поочередно провести в Думу хоть сто человек.

Справедливо ли разделены квоты?

В соответствии с новыми Правилами, количество аккредитованных журналистов должно резко сократиться: в три раза (до 300 человек вместо сегодняшних 915). В связи с этим, становится особенно важным вопрос квот для конкретных СМИ. Эти квоты устанавливаются в Приложении и особенной логикой не отличаются. Так например, ОРТ и ВГТРК имеют право аккредитовать по четыре парламентских корреспондента, а телекомпания НТВ - лишь двух, хотя сравнение размера аудитории и объема информации, передаваемой по этим каналам, оснований для подобной дискриминации не дает. Непонятно также, почему телекомпании ТВ-6 выдается столько же удостоверений "парламентский корреспондент", сколько и НТВ, но аккредитационных карточек на предъявителя им положено не пятнадцать, как НТВ, а лишь восемь? Установление квот рождает и другие вопросы.

Чем опасны новые Правила?

Особенные опасения вызывает безобидный на первый взгляд пункт: "Аккредитованные журналисты обязаны ...всесторонне и объективно информировать читателей, телезрителей и радиослушателей о работе Государственной Думы... соблюдать общепризнанные нормы журналистской этики" и т.д. Подобные декларации не вызывали бы никаких возражений, если бы не одно "но": Закон "О средствах массовой информации" устанавливает, что, если журналист нарушил правила аккредитации, он может быть лишен аккредитации (ст.48), а значит благие призывы становятся грозным оружием в руках депутатов. В отличие от правовых категорий ("достоверность", "порочащий характер" и т.п.), такие критерии, как "всесторонне", "объективно" могут толковаться сколь угодно свободно. Какой-либо независимый от Госдумы орган (первоначально им хотели сделать Судебную палату по информационным спорам при Президенте), который мог бы беспристрастно определить, действительно ли были нарушены "общепризнанные нормы журналистской этики", в Правилах не указан. А это значит, что данный пункт дает возможность произвольно лишать аккредитации любых неугодных депутатам журналистов (как это произошло нынешней весной с журналистами ОРТ). Кроме того, к сожалению, "общепризнанные" этические нормы в России нигде не зафиксированы (как, например, в немецком "Кодексе прессы"). Более того, непонятно, есть ли они вообще. Тем не менее, проблема соблюдения даже элементарных правил, принятых в приличном обществе, в Госдуме весьма насущна. Доказательством тому может быть, недавний случай, когда фотожурналист был застигнут сотрудниками пресс-службы в туалете рядом с помещениями фракции НДР с камерой наизготовку. Для борьбы с подобными случаями необходимо дать возможность самим журналистам коллегиально решать спорные вопросы, связанные с нарушением профессиональной этики.

Как эта проблема решена в Великобритании?

Ссылки на западный опыт взаимодействия парламентов с журналистами чаще всего противоречивы и толкуются сторонами по-разному, но неизменно в свою пользу. В связи с этим было бы также интересно выяснить, а действительно ли в нашей Государственной Думе установлены "драконовские" по сравнению с европейскими или американскими демократическими стандартами правила для аккредитованных журналистов.

Сама возможность съемки заседаний парламента обсуждалась около 30 лет. Когда же в феврале 1988 г. экспериментальная трансляция все же состоялась, выяснилось, что телевидение может нанести колоссальный вред самой идее парламентаризма: для этого было достаточно лишь несколько раз показать спящего во время заседания пэра. Поэтому действующие с 1991 г. и по сей день правила освещения в СМИ деятельности британского парламента практически исключают создание аккредитованными журналистами неуважительного репортажа.

Чтобы не отвлекать законодателей, журналистов в зал заседаний не допускают, едва заметная камера, привинченная под потолком управляется из аппаратной. Работа оператора заключается лишь в том, чтобы держать в кадре спикера или выступающего, иногда - общий план. О том, чтобы заснять перепалку речи быть не может: в случае непарламентского поведения депутатов, оператор обязан держать в кадре председательствующего до тех пор, пока порядок не восстановится. За соблюдением этих правил непрерывно следит Директор Парламентского вещания, который назначается на этот пост раз в пять лет решением обеих палат. Тем не менее, конфузы хоть и редко, но все же случаются. Несколько лет назад во многих программах был показан случайно попавший в кадр фрагмент, когда руководитель фракции (англичане называют его "whip" - "бич"), заломив одному из упрямившихся депутатов руку, насильно заставлял его проголосовать вместе с фракцией.

Как это ни странно, подобные ограничения парламентской журналистике пошли лишь на пользу. Не имея возможности обсуждать пикантные ситуации произошедшие на заседаниях и в кулуарах, журналистам приходится все внимание уделять смыслу обсуждаемых и принимаемых законов - то есть тем, ради чего и проводиться аккредитация СМИ в парламенте.

Правила аккредитации журналистов, о которых рассказывается в комментарии, продолжают применяться, какие-либо изменения в них внесены не были. Также отсутствуют случаи предъявления судебных исков со стороны журналистов по поводу применения Правил. Случаев лишения журналистов аккредитации в связи с недостатками Правил также не наблюдалось.

Текст Правил см. в Приложении 6.