Оглавление

О.А. Воронина

 

3.4. СВОБОДА И СОБСТВЕННОСТЬ. СМИ КАК БИЗНЕС

 

Некоторое время назад казалось, что отсутствие государственной политической цензуры, то есть возможность публиковать и говорить в СМИ “все, что вздумается” — это и есть самое главное в реализации свободы слова. Казалось, что только государство, владеющее всеми СМИ и диктующее им нормы деятельности, является единственным препятствием на пути реализации свободы слова. В законе о СМИ имплицитно содержится убеждение в том, что устранив государство от регулирования проблем функционирования СМИ — а в советское время это выражалось, во-первых, в собственности государства на СМИ и, во-вторых, в институте политической цензуры — мы автоматически решим проблему свободы СМИ. Эта несколько наивная позиция отражает реалии тех дней, когда новым мышлением зачастую оказывалось вывернутое наизнанку старое, то есть когда оценки и мнения менялись простым поворотом на 180 градусов и частная собственность из жупела советских времен превратилась в панацею для решения всех социальных проблем.

Безусловно, отмена политической цензуры и единоличной собственности государства на СМИ — процессы абсолютно необходимые и нормальные для демократического государства, но не решающие проблемы свободы СМИ в целом. Возможно, в условиях существования монополии государства на СМИ введение частной собственности на СМИ и виделась как панацея, однако это далеко не так.

Любая собственность на СМИ — государственная, корпоративная или частная — при отсутствии соответствующих правовых и социальных механизмов может привести к манипулированию этим СМИ. Что мы и видим сегодня, когда практически все значимые СМИ контролируются определенным частным или юридическим лицам: большая часть акций газет “Известия”, “Комсомольская правда”, “Эксперт” и “Русский телеграф” принадлежат “Онэксимбанку”; Борис Березовский подчинил себе два телевизионных канала — Общественное Российское Телевидение и ТВ-6 и участвует в значительной доле собственности “Независимой газеты”; Владимир Гусинский оставил банковскую карьеру и создал концерн “Мост-медиа”, в который входят телевизионный канал НТВ, радио “Эхо Москвы”, газеты “Сегодня”, “Семь дней” и журнал “Итоги”.

Для бизнесменов, вкладывающих деньги в СМИ, последние являются не только бизнесом, но и мощнейшим средством обеспечения необходимых политических и экономических условий (как писал бывший классик, которого теперь не принято цитировать, “политика есть концентрированное выражение экономики”). Сегодня СМИ стали “полем боя политико-финансовой олигархии” и превратились в их заложников в политической борьбе с противниками (III, 42, с. 5). Свобода СМИ сегодня иллюзорна: они имеют право говорить все, что хочешь, только в очень узком пространстве. На одной точке этого пространства — свобода лоббировать интересы собственника данного СМИ создавать его позитивный образ; на другой точке — война любыми средствами с политическими противниками и экономическими конкурентами (что в нашей стране почти одно и то же).

К сожалению, сами работники СМИ, даже высокопоставленные, начинают реагировать на такое положение дел только тогда, когда им уже практически нечего терять в информационном бизнесе. Так Сергей Благоволин, бывший директор телеканала “Останкино”, отметил уже после своей отставки, что банки, владеющие и распоряжающиеся СМИ, “действуют в своих интересах, которые, к сожалению, далеко не всегда совпадают с интересами общества и государства” 3.

В этой связи не могу обойти вниманием публикацию в “Общей газете” (III, 12) выборочных материалов о встрече журналистов и банкиров, которая прошла в конце декабря (заранее прошу извинения за слишком длинные цитаты, но они действительно очень показательны). Глубинным импульсом, побудившим встретиться и выяснить отношения представителей “двух рискованных профессий”, стал осенний шквал компроматов на бизнесменов и банкиров, которыми обменивались СМИ, принадлежащие разным “хозяевам”.

Основной вопрос, который пытались обсуждать на встрече — этика взаимоотношений журналистов и банкиров. Банкиры в основном напирали на необходимость соблюдения журналистами этики в отношении банкиров. “Финансисты знают, для чего они работают, для чего зарабатывают деньги. В конечном счете — для блага страны. Хотелось бы понять место журналистов в этом процессе. А то иногда смотришь на них и думаешь: резвятся ребята, самовыражаются. ... Рано или поздно они (имеются в виду банкиры — О.В.) сумеют создать нормальные журналы, купить (выделено мною — О.В.) умных журналистов и все устроить. Но чего к тому времени добьются сами журналисты? Со всеми поругаются, всем осточертеют?” (А. Гавриленко, председатель совета директоров инвестиционной компании “Алоринвест”).

Журналисты, со своей стороны, соглашались с необходимостью соблюдения “этических” принципов по отношению к своему “хозяину” и вяло доказывали свою профпригодность в критике всех других. Например, на вопрос единого из банкиров, о том, как себя чувствует журналист, когда пишет то, “что от него хочет услышать хозяин”, ответы были следующими: “Отечественный журналист всегда работал под хозяина. Другое дело, что хозяин этот меняется. Хозяева меняются, а суть остается” (Е. Яковлев, главный редактор “ОГ”); “Хозяин он и есть хозяин. Если я сам хозяин, то я делаю то, что хочу. Если кто-то хозяин, он требует безоговорочного выполнения своих требований от других. Это — объективная картина...” (П. Гусев, главный редактор “МК”); “Мне кажется несколько странным этот набат, слова “караул” и “беда”, что ... некоторые люди скупают средства массовой информации! Да ничего другого вроде бы в мире и нет. Совершенно естественное состояние, когда все средства массовой информации кому-то принадлежат и не печатают материалы, разоблачающие собственных хозяев.” (М. Бергер, главный редактор газеты “Сегодня”).

Егор Яковлев, пытаясь перевести разговор в иной план, задавал аудитории вопросы о том, “насколько сегодня в нашем цехе остаются нравственные моменты?”, и, поскольку сегодня из всех “компроматов” торчат уши заинтересованного лица, то “возможно ли сегодня неангажированное разоблачение?” и объективное журналистское расследование? Из опубликованных ответов ясно, что журналисты, в сущности, обошли эти вопросы. Ведь нельзя же всерьез считать обсуждением те два опубликованных ответа, в одном из которых говорится, что неангажированное разоблачение “возможно, если оно хорошо написано. Если оно представляет собой текст. ... Журналисты производят тексты для чтения и таким образом зарабатывают деньги для себя и для своей семьи. ...я совершал ужасные “наезды” на людей, но мне за это со стороны не было заплачено. И редакторы это печатали, потому что им нравились тексты...” (С. Пархоменко, главный редактор журнала “Итоги”).

Не могу удержаться от комментария, хотя вообще-то и так все ясно: мне казалось, что журналисты получают и распространяют для общества объективную и достоверную информацию, а не просто производят тексты для чтения — приятные глазу и желательно без грамматических ошибок. Между прочим, “Mein Kampf” Адольфа Гитлера — тоже “текст для чтения”, и очень ярко написанный. А вот другой, наивный ответ на этот вопрос далеко не наивного человека М. Бергера. По его мнению, проблема “разрешится естественным образом, когда те СМИ, которые используются как инструмент обслуживания остальных ста бизнесов своего хозяина, просто отомрут. Потому что у людей возникнут подозрения, что газета не совсем честна и люди перестанут ее читать. Только тогда, когда на газету смотрят, как на основной бизнес, у нее есть шанс выжить. Потому что в этом случае она будет вынуждена писать правду.” Трудно, но можно поверить, что господин Бергер не читал Оруэлла или Замятина, но весь опыт советской и постсоветской жизни не дает никакого основания для такой “наивности” .

Интересна одна из заключительных реплик встречи. Ирина Ясина, руководитель департамента по связям с общественностью Центробанка России, считающая, что она как “бывший журналист, сейчас работающий на банкира, в курсе проблем и тех, и других”, заявила: “Публичный политик не может требовать, чтобы его не трогала пресса. Если Чубайс или Березовский идут в политику — ... про них могут написать все, что угодно. Для политика это — реклама. Банкир или предприниматель — совсем другое дело. Любая неточность, допускаемая журналистом, бьет им по ... карману, который иногда ощущается болезненней, нежели сердце, разум и прочие вещи. Поэтому о банкирах, как о покойниках: или хорошо, или ничего”. No comment.

Сегодня очевидно, что политическая цензура со стороны государства сменилась политической или экономической цензурой со стороны владеющих СМИ лиц, целью которой является манипулирование общественным мнением. Монополизация и концентрация СМИ ставит под угрозу существование свободы слова и плюрализма мнений. В такой ситуации проигравшими оказываются и общество в целом, и сами работники СМИ.

Парадоксально, но факт: СМИ оказались жертвами идеи безграничной свободы от государства и его регулирующей функции. Правда, все общество фактически оказалось жертвой этой исторической коллизии, когда с водой выплеснули и ребенка. Отказ от тоталитарного государства должен был бы привести не к отказу от идеи государства и его регулирующих функций, как это случилось в России, а к перестройке его основ и созданию правового государства. Без государства нет и не может быть юридических норм, законодательного права — а без этого в свою очередь весьма трудно перейти от тоталитаризма к гражданскому обществу.

Сегодня СМИ оказались практически без законодательной базы и правового механизма, с помощью которого общество посредством государства и права как его важнейшего института могло бы обеспечивать свободу слова и плюрализм в принадлежащих частным лицам СМИ.

Некоторые выводы и рекомендации

В конечном счете государство как некая машина, обеспечивающая в том числе и за счет налогоплательщиков нормальное функционирование социальных институтов, ответственно за то, чтобы обеспечить конституционные права всех граждан на свободу слова, достоверную информацию и плюрализм мнений. Именно государство может и должно защитить своих граждан от финансового, политического и экономического монополизма на информационном рынке. В нынешних переходных условиях государство должно обеспечить экономическое выживание различных СМИ — государственных, независимых, местных (городских или районных), печатных органов общественных организаций. Кстати, первый шаг в этом направлении был сделан в 1995 г. — принят Федеральный закон РФ “Об экономической поддержке районных (городских) газет”, к которым относятся городские и районные газеты, издаваемые не в административных центрах федерального значения (то есть газеты, издаваемые в провинциальных городах). В соответствии со статьей 6 этого закона “Бюджетные ассигнования на экономическую поддержку районных (городских) газет выделяются в федеральном бюджете отдельной строкой и направляются в распоряжение субъектов РФ. Распределение средств ... осуществляется законодательными и исполнительными органами субъектов РФ по согласованию с органами местного самоуправления”. Основанием для получения бюджетного финансирования является включение в Федеральный реестр районных (городских) газет — и туда не могут быть включены газеты политических партий, развлекательные, рекламные, эротические издания. Понятно, что суммы, выделяемые на экономическую поддержку таких газет, весьма незначительны. Очевидно так же и то, что в ситуации бюджетного дефицита их перечисление не производится систематически, а местная власть имеет возможность использовать эти средства для других целей — ведь наказание за нарушение целевого использования средств влечет всего лишь сокращение финансирования на суммы, использованные на другие цели. И тем не менее правовые основания для того, чтобы получить экономическую поддержку таким газетам, в принципе созданы. Теперь надо умело использовать и развивать эту инициативу.

Наряду с этим необходимо правовое ограничение со стороны государства монополизма в СМИ, создание возможностей для плюрализма точек зрения, достоверности и разнообразия информации, представляемой в них — в том числе и в частных. Роль СМИ в формировании политических ориентаций, системы ценностей, потребительских привычек слишком велика сегодня, чтобы можно было безучастно относиться к негативным явлениям в СМИ. Как пишет Игорь Иванов, эти предложения не столь утопичны, как может показаться на первый взгляд. В частности, в Германии, правовая система которой наиболее близка российской, существуют определенные правовые ограничения деятельности частных СМИ (прежде всего — радио и телевидения). Государство заботится о гарантиях общественных интересов и не позволяет СМИ и их владельцам ограничиться только осуществлением индивидуальных интересов. СМИ, в том числе и частные, обязаны соблюдать плюрализм и разнообразие интересов, а государство может контролировать эту ситуацию. В Западной Европе уже давно действует концепция активного участия государства в обеспечении свободы массовой информации для всех (а не только для владельцев СМИ) во имя достижения “общего блага”. Кредо “радио и телевидение на службе общества” подразумевает обязанности телерадиокомпаний по отношению к “общему благу” — замечательным примером может служить британская Би-би-си. В этой связи необходимо разработать новые правовые нормы, обеспечивающие реализацию права свободы слова и плюрализма мнений, и создать эффективные механизмы их реализации. В основе создания этих правовых норм должны лежать идеи “общественного блага” и социальной ответственности СМИ.

Предыдущая

Следующая

Центр "Право и средства массовой информации"