Американская ассоциация юристов Правовая инициатива в Центральной и Восточной Европе
Центр права и средств массовой информации
Серия "Журналистика и право"
Выпуск 8
5. Элементы гражданского иска о клевете
г). Ложность
Ложность дискредитирующего высказывания есть элемент иска о диффамации. По общему праву ложность утверждения подразумевается - бремя доказательства (путем заявления об опровергающих обвинение фактах) несет ответчик.47 При рассмотрении аргументации ответчика ссылкой на действительные факты суды, тем не менее, допускают незначительные неточности. То есть от ответчика требуют только "правду по существу дела", а не точную буквальную правду.48 В этом отношении нередко говорят о "сути" или "острие" диффамации, якобы содержащейся в высказывании. Критерием тут служит ответ на следующий вопрос: в случае опубликования данного высказывания отличалось бы читательское восприятие от того эффекта, которые произвела бы правда, заявляемая ответчиком.49
Кто должен доказывать ложность либо правдивость - это очень важный вопрос в отношении свободы слова. Обратившись, в конце концов, к законодательству о клевете и соответствующим конституционным принципам при вынесении своих самых первых решений по искам о чести и достоинстве государственных чиновников и общественных деятелей (см. в этом отношении раздел "Вина"), Верховный суд переложил на истца бремя подавать возражение по иску и доказывать ложность каких бы то ни было якобы дискредитирующих высказываний.
В деле "Филадельфийские газеты против Хеппса"50 Верховный суд расширил это требование: бремя доказательства возлагается на истца в любом деле, где ответчиком выступает средство массовой информации, а объектом является высказывание, представляющее общественный интерес. При этом суд исходил из следующего: поскольку в отношении некоторых высказываний нельзя доказать их правдивость или ложность, то при решении вопроса о возложении бремени доказательства неизбежно возникает выбор: либо защищать от ответственности высказывание, которое в каком-то абстрактном смысле было ложным, либо возлагать ответственность на высказывание, которое в каком-то абстрактном смысле было правдивым. В конце концов, суд пришел к такому заключению: "возложение, по законодательству штата, бремени доказательства правды на ответчиков (средства массовой информации, опубликовавших высказывание, имеющее общественный интерес) затрудняет делать такого рода высказывания из-за страха, что за этим последует необоснованная ответственность".51
Итак, поскольку любой иск о защите чести и достоинства предъявляется с целью возмещения ущерба, нанесенного дискредитирующим и ложным высказыванием, то представляется вполне логичным возложение обязанности доказывать ложность на истца. Ведь если взять, например, дело о нанесении побоев, то никому и в голову не придет привлечь ответчика к ответственности, не потребовав доказательства того, что ответчик действительно нанес побои истцу. В обычном праве, по-видимому, это всегда было наоборот: изначально исходили из идеи, что общество следует защищать не ото лжи, а от нарушения порядка, возникающего в результате оскорбления. По самому раннему общему праву иск можно было предъявить просто по факту дискредитирующего высказывания. Доказывать, что оно ложно, не требовалось. На самом деле считалось - чем больше оно соответствовало действительности, тем сильнее оскорблялись честь и достоинство. Однако уже никто больше не прибегает к правосудию для защиты чести (как в былое время прибегали к дуэли); к правосудию прибегают для возмещения реального ущерба, нанесенного репутации; а для этого требуется, чтобы диффамация была ложной. И кроме того, всем ясно, что по законодательству о клевете просто невозможно наказать за правду. Отсюда следует, что возлагать на истца бремя доказательства ложности данного утверждения в высшей степени правильно.
 Предыдущая
|
Следующая 
|