Книжная серия "Журналистика и право"

Актуальные проблемы саморегулирования СМИ

Институт проблем информационного права
Серия "Журналистика и право"
Выпуск 54

Проблемы и перспективы развития
журналистской этики в России

Данная статья написана на основе докладов и выступлений на конференции по журналистской этике, проводившейся в Москве в апреле 1995 года. Она обязана своим появлением по инициативе Российско-американского информационного пресс-центра1 и фонда «Фридом форум»2 (США) как часть программы содействия осознанию этических проблем журналистами России.

Мнения, высказанные автором, не обязательно отражают точку зрения Российско-американского информационного пресс-центра и его учредителей, а также фонда «Фридом форум».

Введение

В период с августа 1991 года по осень 1993 года в России наблюдалась беспрецедентная свобода печати, редко встречающаяся в мире. В целом независимая и частная пресса оказала положительное влияние на новое поколение избирателей, но ее поведение часто носило характер, граничащий в отдельных случаях с безнравственностью и игнорированием всех стандартов социальной ответственности и хорошего тона. В конце 1991 года был принят закон о СМИ, который, как казалось тогда, обещал свободу слова не меньше, чем в любой демократической стране мира.

Это было время постоянных перемен и бесконечных экономических и социальных изменений, подстегнувших творческую активность и изобретательность, но в то же время предоставившее мало возможностей для инициативы, создания институтов, поощряющих профессионализм и здоровую деловую активность. В этой ситуации появилось около 25000 новых газет и несколько сотен теле- и радиостанций, конкурирующих в борьбе за рекламу и аудиторию на насыщенных местных рынках. Начались эксперименты с неведомыми доселе журналистскими жанрами, стилями и способами распространения изданий. Даже опытные журналисты стали искать новые подходы к сбору и освещению новостей. Редакторы, издатели и учредители СМИ направляли всю свою энергию на финансовое выживание, создание рекламных служб и подготовку соответствующих специалистов, подбор профессиональных кадров для работы в условиях рынка, характеризуемого яростной конкуренцией, инфляцией, резким повышением цен. Помимо необходимости приспосабливаться к экономическим изменениям, СМИ переживали тот же психологический стресс, который переживала и их аудитория: замена старых стандартов и ценностей па новые, которые только предстояло сформулировать и принять. Совершенно очевидно, что в период таких радикальных перемен редко вспоминали о журналистской этике. В борьбе за выживание все средства к достижению успеха и стабильности были хороши. Не существовало установленных моделей для подражания. При советской системе все ценности и образ поведения контролировались государством и партийными органами, и СМИ только в редких случаях могли самостоятельно принимать решения.

Однако к началу 1994 года кризис в профессиональной журналистской этике и поведении достиг такого уровня, что не мог далее игнорироваться. В результате доверие к прессе упало, что подтверждали многочисленные опросы общественного мнения. По мере уменьшения доверия к СМИ, а также роста цен на издания, стали уменьшаться читательская аудитория и доходы от рекламной деятельности.

В начале 1994 года российские журналисты постепенно пришли к пониманию взаимосвязи между свободой печати, финансовой независимостью и ответственностью перед обществом. Этика, которая рассматривалась ранее как буржуазная ценность или академическая абстракция, стала рассматриваться как важный фактор развития независимой прессы.

Принятие в 1994 году ряда федеральных законов, регулирующих деятельность СМИ, обвинения прессы в безответственности, рост числа судебных дел о клевете и вмешательстве в частную жизнь, привели к пониманию необходимости создания механизмов саморегулирования. Другим фактором, который повлиял на поиски этических правил профессионального поведения, явились многочисленные случаи физического устранения журналистов, избиения и угрозы их жизни. На Западе такие преступления против журналистов рассматриваются, как месть за журналистские расследования криминальной деятельности мафии или официальных лиц. В ходе обсуждения на конференции убийства журналиста «МК» Дмитрия Холодова представитель американского правительства сказал, что, несмотря на их трагичность, такие случаи являются свидетельством возрастания роли прессы.

Многие организации и коллективы стали создавать профессиональные стандарты, которые смогли бы быть ориентирами в неспокойном океане профессиональной деятельности и рыночной конкуренции. Одна из таких организаций, Союз журналистов России, объединяющий 60000 из 120000 журналистов, предложил общенациональные стандарты и профессиональные нормы. Одним из авторов состоящего из 10 пунктов проекта Кодекса профессиональной этики был председатель Комитета по свободе печати и защите прав журналистов Павел Гутионтов. Проект был одобрен на конгрессе СЖ в июне 1994 г.

В свою очередь, в октябре 1994 г. Российско-американский информационный пресс-центр при финансовой поддержке американской организации «Фридом Форум» провел в Нижнем Новгороде, Новосибирске, Екатеринбурге, Санкт-Петербурге и Ростове-на-Дону семинары, на которых журналисты могли обсудить профессиональный Кодекс этики. Эти семинары проводились в виде деловой игры под руководством социологов-профессионалов. Следующей фазой инициативы РАИПЦ — «Фридом Форум» стала двухдневная конференция в Москве в апреле 1995 г. В конференции участвовало 90 журналистов из 21 города России. Некоторые участники приехали из таких отдаленных мест, как Екатеринбург, Томск и Новосибирск. Помимо российских журналистов, в конференции принимали участие иностранные эксперты из США, Италии, Финляндии и Германии.

Апрельская конференция состояла из пленарного и четырех секционных заседаний, где обсуждались отдельные проблемы. Кроме предложенного Союзом журналистов Кодекса, на конференции обсуждались документы, подготовленные отдельными газетами и вещательными компаниями. Повестка дня апрельской конференции была нацелена на выработку консенсуса по содержанию и нормам профессиональной этики.

На заключительном заседании участники согласились с тем, что вопросы содержания, соблюдения норм и формата документа нуждаются в доработке. Вопросами информирования о результатах конференции журналистов и координации обсуждения положений Кодекса на общенациональном уровне занимается РАИПЦ и профессиональное издание СЖ «Журналист». В результате совместных усилий главного редактора журнала Дмитрия Авраамова и директора РАИПЦ Питера Хлебникова на страницах «Журналиста» развернулась дискуссия по вопросам этики. В декабре 1995 года «Журналист» издал специальное приложение, посвященное профессиональной этике.

Причины кризиса в области этики

Обсуждая причины предвзятости СМИ различных стран, исследователи журналистики перечисляют четыре фактора, определяющие развитие СМИ: объективные, политико-правовые, социально-психологические и экономические. Естественно, что эти факторы влияют на этику в СМИ, развитие которой, как указывалось выше, тесно связано с их свободой и ответственностью перед обществом. Данная статья не ставит своей задачей глубокий анализ перечисленных факторов, однако краткий обзор ситуации необходим для понимания современного положения в области этических проблем.

Объективные факторы

Хорошо известно, что Россия занимает огромную территорию, простирающуюся на 11 временных зон. Но в советское время, когда приоритеты отдавались пропаганде, существовала хорошо отлаженная система коммуникаций. Уже в начале 30-х годов сетевое радио было на каждой московской кухне. В последующие десятилетия телепрограммы из Москвы передавались с помощью мощных ретрансляторов на все области и края Союза, а сеть региональных телестанций транслировала как собственные, так и общесоюзные программы. Ежедневные издания центральных газет передавались электронным способом в 34 региона. СССР был на втором месте в мире по количеству получаемых газет на душу населения. Среднестатистическая семья была подписана на 4 газеты. Кроме того, информационные агентства «Новости» и ТАСС бесплатно обслуживали все региональные и местные СМИ.

В результате воздействия такой сконцентрированной на одностороннем приеме системы связи были достигнуты, по меньшей мере, два запланированных результата: население получало единый, хотя и ограниченный минимум информации, и все внимание было сосредоточено на Москве. Несмотря на то, что государство более не владеет монополией на СМИ, а независимые телестанции все больше завоевывают популярность в процессе конкурентной борьбы, сегодня телевидение остается основным информационным средством, объединяющим страну. (1)

В противоположность этому, межличностные средства информации, такие, как телефаксимильные устройства, электронная почта, находятся в зачаточном состоянии. Попытки восстановить национальное единство, создать атмосферу социальной стабильности и утвердить новые демократические нормы (включая этические правила работы СМИ) наталкиваются на проблемы, связанные с отсутствием коммуникационной инфраструктуры, способной сокращать технические, этнические и политические расстояния.

Создание национальных ассоциаций редакторов, издателей, газетных работников, рекламных агентств, распространителей и других специалистов СМИ, способных объединить усилия для оказания влияния на решения правительства и законодательные органы, затруднено отсутствием адекватной системы связи и транспорта. Многие из журналистов, впервые собравшихся из разных концов России на организованную РАИПЦ конференцию, подчеркивали, что такие встречи и общение со своими коллегами из разных регионов представляют для них уникальную и бесценную возможностью такого рода.

Социально-психологические факторы

Отсутствие в России демократических традиций свободы печати часто называется основной причиной того, что демократические реформы проходят здесь гораздо труднее, чем в странах Центральной и Восточной Европы таких, как Чехия, Словакия или Польша. Утверждение, что Россия не имеет традиций свободы печати, является однако упрощением (возможно, также, как и утверждения, что реформа здесь проходят труднее). Напротив, несмотря на то что Россия может быть никогда не испытывала полной свободы печати, роль прессы в приближении реформ и укреплении общественных движении была необычайно высокой.

Демократы считают, что Радищев был родоначальником литературы, призывающей к социальным реформам. Его антимонархическое произведение «Путешествие из Петербурга в Москву», изданное в 1790 году, призывало покончить с самоизоляцией и последовать примеру независимых Американских Штагов как модели демократического устройства общества. Не нужно забывать, что в начале и середине ХIХ века многие известные российские газеты и журналы были настроены оппозиционно по отношению к правительству и призывали к реформам. Среди наиболее значительных изданий такого рода был журнал «Современник» А.С.Пушкина, который считался наиболее либеральным из всех «толстых» журналов и публиковал политические трактаты Николая Чернышевского, Виссариона Белинского и других радикальных мыслителей, а также журнал «Колокол» Александра Герцена.

Левые силы, которые впоследствии привели к свержению династии Романовых, вели борьбу и объединяли своих сторонников через подпольные издания, такие, как ленинская «Правда», основанная в 1912 году. Начиная со смерти Сталина в 1953 году и до конца краткой хрущевской «оттепели», а также в период самиздата 1960-1970 годов, печатное слово было основным способом выражения несогласия с властями и распространения новых политических идей. Слово приобрело такую огромную силу в России и вызывало такой страх у власть предержащих еще и потому, что здесь не существовало других механизмов для осуществления перемен.

Другой западный тезис, который нуждается в анализе, это утверждение, что российские журналисты не имеют понятия о профессиональной этике. Бесспорным является то, что западные понятия этики, развивавшиеся в среде жесткой коммерческой конкуренции, являются чужими на российской почве. Понятие «конфликт интересов», являющееся центральным в западной журналистской этике, просто не существовало в советскую эпоху. Однако другие идеалы, имеющие отношение к ответственности перед обществом, служили основой этических ценностей и приводили к развитию определенных норм. Советское понимание социальной ответственности прессы и ее роли выражено в документе ЦК КПСС, опубликованном в начале 1980 годов: «Основными задачами прессы является популяризация в доступной и понятной форме конкретных примеров передовых методов работы и управления производством, с целью их повсеместного распространения, пропаганды среди советских людей сознательности, творческого отношения к труду, чувства хозяина своей страны и ответственности перед обществом».

Принципы журналистской этики распределялись в соответствии со следующими приоритетами: 1) партийность; 2) высокая идейность; 3) правдивость; 4) народность; 5) массовость; 6) критика и самокритика. Факты говорят не столько о том, что в советское время существовали принципы журналистской работы, которым все следовали или должны были следовать, сколько о том, что в российской (советской) журналистике были прецеденты этических норм, которые могут влиять на принятие или неприятие новых этических норм.

Политические и правовые факторы

В любой дискуссии относительно этики национальных СМИ правовые аспекты являются шкалой, с которой сверяются этические нормы. Одной из причин создания официальных этических кодексов является избежание необходимости подвергать прессу наказанию со стороны закона. Говоря другими словами, этические кодексы должны заполнить пробелы в структуре существующего законодательства. В отношениях законодательства и этики в России существует много проблем, так как законодательство, с одной стороны, громоздко и слишком детализировано, и редко соблюдается, с другой. Тем не менее, Закон о СМИ, Закон о рекламе, значительная часть законодательства о выборах, законодательство о коммерческой деятельности и о налогах были приняты или обсуждались парламентом. Кроме того, деятельность СМИ регулируется президентскими указами и инструкциями министерств и ведомств.

Американским специалистам бывает трудно удержаться от соблазна предложить Первую поправку к Конституции США как образец для России. Утверждение о том, что «Конгресс не может принимать законы, ограничивающие свободу слова…», воспринимается как декларативное российскими журналистами, знакомыми со сталинской и брежневской конституциями. Они вам быстро ответят, что в России запрещено все, что не разрешено законом, в то время как в Соединенных Штатах разрешено все, что не запрещено законом. Российские журналисты и специалисты в области СМИ считают также, что хотя в США пресса не ограничивается законодательно, она попадает под юрисдикцию решений и прецедентов, создаваемых федеральными и местными судами, и ограничивается инструкциями Федеральной комиссии по связи.

Одним из барьеров на пути к установлению практически выполнимых этических норм стоит само законодательство, которое в настоящее время настолько громоздко, детализировано и противоречиво, что практически не выполняется.

Органом, который занимается рассмотрением случаев клеветы, нарушения права на частную жизнь, свободы слова и других случаев нарушения законодательства, является Судебная палата по информационным спорам при Президенте РФ.

Информация о решениях Судебной палаты противоречива. Один тележурналист из Красноярска, участвовавший в конференции по этике, рассказал случай, когда суд принял решение и пользу его телестанции. Репортер ТВ «Афонтово» был послан па место авиакатастрофы на окраине Красноярска, но не был допущен на место происшествия по приказу мэра города. Телестанция обратилась в Судебную палату по информационным спорам, и в результате было принято решение в пользу журналистов. Директор телестанции Александр Карпов назвал это историческим решением. По мнению менеджера «Афонтово» Ларисы Малиновой, дело было решено справедливо только потому, что «судебная палата — это единственный суд в России, компетентный в этой области».

Президент независимого информационного агентства из Москвы был настроен менее оптимистично по вопросу о компетентности Судебной палаты по информационным спорам. По его словам, разбирательство о клевете было для агентства сплошным издевательством. «Они решили дело не в нашу пользу, но обвинения были сфабрикованы, и мы не обязаны платить штраф, который был нам назначен. Они использовали такие, методы, как бесконечные вызовы, где мы часами ждали приема, заставляли собирать огромное количество не относящихся к делу документов, на что ушла уйма времени».

В апреле 1995 года член Палаты Виктор Монахов посетил Ростов-на-Дону, где объявил местным журналистам, что в Ростове откроется отделение Палаты. Реакцию местных журналистов можно выразить словами одного из редакторов: «Чем дальше Палата находится от нас, тем лучше».

Экономические факторы

Экономический хаос, сопровождающий демократические реформы в России, отражается на всех сферах повседневной жизни. Очевидно, что новые российские СМИ попали в водоворот потрясений, охвативших всю страну. В то время, как частные СМИ переживают период напряженной борьбы за выживание, государственные средства массовой информации также имеют много проблем, связанных с неразвитостью рынка, недостатком квалифицированных менеджеров, отсутствием опыта в области рекламной деятельности, использованием устаревшего оборудования, отсутствием квалифицированных журналистов, способных работать в рыночных условиях. Л.Никитинский в своей статье, опубликованной в 1994 году, отмечает: «Когда старая система рухнула, мы поняли, что настала свобода слова, и мы можем говорить что хотим, но у нас не было свободы печати, так как, чтобы публиковать, нужно иметь много денег, а государственные источники финансирования иссякли.

В ходе конференции по этике участники отождествляли этику с моралью, а не с хорошей деловой стратегией и социальной ответственностью. В то время, как часть выступающих видела связь между этикой и честным бизнесом, другие считали такую комбинацию аморальной и отвергали некоторые положения этических кодексов на основании того, что мораль противоречит зарабатыванию денег в конкурентной борьбе. Запомнилось выступление редактора «Независимой газеты» Виталия Третьякова, который сказал: «Я никогда не поставлю подпись под этим кодексом этики и не знаю ни одного ответственного редактора, который бы сделал это». Третьяков утверждал, что делать бизнес, придерживаясь кодекса этики, равносильно экономическому самоубийству. «Когда речь идет о выживании, этика не принимается во внимание,— объяснял он. — Безответственные политики наверху развязали ожесточенную борьбу за выживание и используют любые способы, чтобы остаться у власти. Считаю своей обязанностью делать то же самое». (2)

Журналистская этика: российская точка зрения

Российские представления об этике многообразны и не всегда соответствуют американским, но определенные параллели все-таки существуют. В обсуждении затрагивались три основные и часто пересекающиеся темы: конфликт интересов; право общественности на информацию; высшие идеалы. Западные специалисты, как правило, уделяют основное внимание частным СМИ и меньше государственным. Несмотря на это, и те и другие активно участвовали в дискуссии. Как заметил председатель РТВ Олег Попцов: «Мы все воспринимаем этику через наше отношение с правительством. Вместо этого мы должны видеть этику через призму наших отношений с согражданами… Свобода граждан зависит от свободы прессы. Конструктивная, оппозиция придает мудрости нашим руководителям. Если бы свобода была только для коммерческих структур, то мы не имели бы ничего. Для окончательного перехода к демократии необходимо, чтобы государственные учреждения также были свободны».

Конфликт интересов

«Журналист не должен использовать в личных интересах или интересах близких ему людей конфиденциальную информацию, которой может обладать в силу своей профессии» (Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 7).

Скрытая реклама. Термином «скрытая реклама» обозначают общепринятую практику получать деньги за публикацию или трансляцию материалов, которые выглядят как обычные новости или комментарии, но на самом деле являются оплаченной рекламой. Доходы от такой деятельности обычно нс декларируются, а попадают в специальные фонды организаций СМИ и используются для различных нужд. Однако гораздо чаще эти деньги идут непосредственно в карман журналисту, который готовил материал, и редактору, который его опубликовал.

Этот аспект этики привлек наибольшее внимание западных специалистов и оказался наиболее спорным для российских журналистов. Несмотря на то, что добропорядочные граждане ругают всеобщую коррупцию, охватывающую все области человеческого общения, начиная со штрафа за нарушение правил дорожного движения и кончая установкой телефона, на самом же деле эта практика существовала всегда. В советское время взятки чаще принимали форму товаров, услуг, привилегий, чем денег. Взятка или «подарок» являются неотъемлемой частью российской жизни и рассматриваются русскими как обычное явление. Кстати, этическая норма «мы не платим за новости» гораздо лучше прижилась в США, чем в других странах.

Скрытая реклама, которую чаще называют «заказной материал», вызывает обеспокоенность российских журналистов. В статье 3 Кодекса российского журналиста такой вид рекламы осуждается: «…журналист вообще не должен принимать, ни прямо, ни косвенно, никаких вознаграждений или гонораров от третьих лиц за публикации материалов и мнений любого характера». И далее в статье 7 Кодекса: «Журналист считает недостойным использовать свою репутацию, свой авторитет, а также свои профессиональные права и возможности для распространения информации рекламного или коммерческого характера, особенно если о таком характере не свидетельствует явно и сама форма такого сообщения. Само сочетание журналистской и рекламной деятельности считается этически недопустимым».

Скрытая реклама может принимать форму как коммерческого, так и политического материала. В совместном заявлении председателя Союза журналистов России Всеволода Богданова и Председателя Судебной палаты по информационным спорам Анатолия Венгерова (июль 1995 года) осуждается факт увеличения в СМИ заказных материалов «Скрытая реклама является основным источником обогащения. Взаимоотношения издания и рекламодателя запутаны и не регулируются законодательством», — говорится в заявлении. (3)

Исследование, проведенное в 1994 году Фондом защиты гласности среди 1230 провинциальных журналистов, показывает, что 78 процентов государственных СМИ и 72 процента частных СМИ публикуют или транслируют скрытую рекламу постоянно, или иногда. Политическая реклама, загримированная под новости или комментарии, практикуется двумя третями государственных и частных СМИ. Один московский редактор считает, что правительство является самым крупным заказчиком скрытой рекламы и рассчитывает на 90 процентов освещения в СМИ своих блоков и кандидатов в ходе избирательной кампании.

Понимая, что такая практика компрометирует их организации и дискредитирует рекламу, российские журналисты тем не менее считают ее необходимой для получения дополнительного заработка и поддержания на плаву своих организаций. «Как можно выжить, если стоимость бумаги поднималась 14 раз за полгода?» — спрашивал редактор еженедельного журнала.

Редактор «Новой сибирской газеты» Виктор Юкечев с трудом удерживает свое прогрессивное межрегиональное издание на плаву. Юкечев утверждает, что несмотря на то, что его газета не публикует скрытую рекламу (журналистский коллектив принял этический кодекс газеты «Вашингтон пост»), он понимает, почему небольшие региональные издания поддаются соблазну. «Мы же не «Останкино» или большая национальная газета, и нам не грозит стать акционерным обществом, потому что мы не можем привлечь достаточно инвесторов, которые бы поверили в наш успех».

«Наши журналисты должны иметь дополнительный заработок, чтобы кормить свои семьи»,— говорит репортер из Санкт-Петербурга, отмечая, что средний месячный заработок журналиста равняется 30-40 долларам. «Это ниже уровня бедности», — добавляет она.

Конкуренция также является одной из причин расцвета скрытой рекламы. «Если мы не станем транслировать их материал, то радиостанция на другой стороне реки сделает это,— утверждает продюсер радиостанции из Волжского региона. — Они смогут вложить заработанные средства в новое оборудование и сохранить свои лучшие кадры, а мы — нет».

Когда американский ведущий спросил участников семинара, почему нельзя убедить политиков и коммерсантов, что честная реклама более эффективна, то ему ответили: «В течение многих лет нам внушали, что реклама является буржуазным орудием для манипулирования массами. В результате многие граждане относятся к рекламе негативно». Предложение оформлять текстовую рекламу отлично от других материалов, например, помещать ее в рамку и набирать другим шрифтом, не возымело действия на аудиторию. Другой выступающий привел пример решения Григория Явлинского не использовать платную рекламу в ходе выборной кампании 1993 года как пример негативного отношения к рекламе (4). Возможно, что запрещение законом о СМИ подсознательной рекламы в кино, видео и на телевидении является показателем негативного к ней отношения. Тем не менее, руководители радио- и телестанций утверждают, что именно такая реклама приносит им от 70 до 90 процентов дохода. Региональные журналисты также считают, что реклама западных компаний, приносящая значительный доход центральным СМИ, практически не достигает провинции. «Авиакомпания «Дельта» не заинтересована публиковать рекламу в иркутской газете»,— заметил один из журналистов.

Две противоположные тенденции наблюдаются в редакциях российских СМИ. Во-первых, это знакомый конфликт между творческой и деловой стороной журналистики, который выражается в борьбе за газетную площадь. Во-вторых, это абсолютная прозрачность границы между творческой и экономической стороной журналистики. В некоторых региональных газетах нехватка кадров настолько ощутима, что зачастую журналистам приходится заниматься и распространением газеты.

Вопреки тому что российские журналисты не могут найти общего языка с западными коллегами по вопросу о скрытой рекламе, они выражают надежду на то, что вопрос решится сам собой по мере улучшения экономического положения, повышения зарплаты и увеличения рынка легальной рекламы, когда журналисты смогут сказать «нет» скрытой рекламе.

Финансовые рычаги давления. В противоположность мнению западных специалистов, российские коллеги считают, что государственные субсидии и другие инструменты контроля со стороны государства на федеральном или региональном уровне равноценны коммерческим формам контроля. Последние принимают форму давления со стороны легальных рекламодателей, спонсоров, учредителей, криминальных структур.

Банки и другие коммерческие структуры, возглавляемые «новыми русскими», начинают играть все более важную роль в финансировании СМИ и начинают приобретать влияние, которого многие опасаются больше, чем контроля со стороны правительства. Редактор одной уважаемой деловой газеты из Нижнего Новгорода утверждает, что редакторы в городе находятся под постоянным давлением со стороны коммерческих структур. «Я никогда не забуду случай, когда банкир вызвал к себе восемь редакторов и начал учить их тому, что им публиковать в их газетах. В конце концов я встал и сказал, что ухожу с этого совещания. «Вы ведете себя хуже секретаря обкома»,— сказал я».

Уважаемый и словоохотливый телепродюсер из Нижнего Новгорода призналась, что государственная поддержка повышает независимость ее радиостанции, и она сожалеет, что только 30 процентов финансирования поступает из федеральных источников. «Мы должны слушаться спонсоров, чтобы сохранить свою работу. Вы не можете не прислушиваться к желанием спонсора, и мы стараемся делать все что можем». Она призналась, что у нее есть 10 спонсоров, чьи предложения она должна принимать во внимание. Известный московский телепродюсер, который был в США в сентябре 1995 года, сказал мне: «Раньше нас контролировал ЦК КПСС, а теперь — деньги. В нашем законодательстве существует столько лазеек, что только криминальные структуры могут делать деньги в области СМИ».

Одной из форм экономического давления на СМИ, которая больше заботит западных специалистов, чем российских журналистов, является монополия федеральной и местной власти на полиграфические предприятия и типографии. В последнее время появились приватизированные и частные типографии, но в большинстве случаев местные газеты обслуживаются одной городской типографией. Похоже, что такое положение вещей определяется экономическими факторами, а не целенаправленной политикой (5). То же самое происходит и в сфере телевидения, когда частные телестанции арендуют время на государственных передатчиках или получают его по бартеру.

Государственные субсидии иссякают так быстро, что вопрос государственной собственности на СМИ может скоро исчезнуть с повестки дня. Подтверждением того, что государственных средств на поддержку СМИ становится все меньше, были цифры, приведенные Бэллой Курковой, возглавляющей Российское телевидение в Санкт-Петербурге. По ее данным, Роскомпечать запросил в 1994 году 237 миллиардов рублей, а получил только 89 миллиардов. Из этой суммы 35 миллиардов было передано «Российской газете», еще 4,3 миллиарда были переданы «Литературной газете», 2,6 миллиарда ушли на поддержку изданий для детей и 21 миллиард — на издания для людей с плохим зрением. Как отмечала Куркова, в 1994 году «Останкино» запросило 2,3 триллиона рублей, но по решению парламента получило только 320 миллиардов. В том же году «Останкино» получило 220 миллиардов прибыли от продажи рекламы.

Золотые цепи. Поскольку в советское время жилье было практически бесплатным, но его было очень трудно получить, то многие организации СМИ предоставляли своим сотрудникам жилье, либо бесплатно, либо очень недорого. Теперь, когда размер аренды и стоимости квартир достиг астрономических размеров, многие журналисты считают себя прикованными к месту работы из-за обязательств, связанных с жильем. «Совсем недавно мне сделали предложение стать редактором деловой газеты в нашем городе»,— сказала мне разведенная мать, которая работает в одной из уральских газет. «Для меня это реальное повышение, более интересная работа и более высокая зарплата. Но они не могут предоставить мне жилье, а я потеряю свою квартиру, если уйду с работы. Так что у меня нет выбора».

Другая сторона такой зависимости была проиллюстрирована в выступлении журналистки из Салехарда, которая рассказала, как местная телестанция «переманила» к себе двух молодых тележурналистов. «Каждому дали по скромной, но хорошей квартире в хорошем доме, однако, по воле случая здание было приватизировано через несколько месяцев». Поскольку в законодательстве существуют лазейки, оба журналиста смогли законно продать свое бесплатное жилье. «Они заработали ни этом миллионы рублей и исчезли. С этической точки зрения это было ужасно, но с точки зрения закона — совершенно легально. Так наша станция потеряла квартиры и «хороших» специалистов».

«Бутербродный журнализм» и «халтура». Термин «бутербродный журнализм» используется в России для обозначения журналистов, имеющих привычку использовать служебное положение для участия в бесплатных приемах, обедах, коктейлях, получения бесплатных театральных билетов, участия в других подобных мероприятиях, которые организуют жаждущие известности организации. Продюсер НТВ Олег Добродеев сказал, что отблагодарить журналиста бутылкой водки было обычным делом в советское время. «Людям трудно понять, что правила изменились и что такие вещи противоречат этике и закону».

Понятно, что Россия не является единственной державой, где возникают подобные проблемы. Американские этические кодексы, как правило, осуждают подобную практику, хотя нормы часто игнорируются, особенно, если это касается приглашения на обед.

В России, с ее экономическими проблемами, практика «халтуры» или работы по совместительству, противоречащая всем этическим нормам, даже не рассматривается как нарушение этики. Молодые журналисты, составляющие большинство среди журналистского корпуса, работают, как правило, одновременно в двух или даже трех местах. По мнению большинства российских журналистов, «бутербродный журнализм» и другие подобные формы нарушения профессиональной этики, хотя и будут в дальнейшем отмирать, пока являются нормой. Руководитель радиостанции «Эхо Москвы» Сергей Бунтман сказал: «Мы собираемся и обсуждаем различные кодексы этики и спрашиваем себя: почему мы не должны брать взяток или отказываться от предложенной выпивки? Ответ очень простой — по той же причине, что, когда мы были детьми, мы должны были следовать правилам, которые казались глупыми, например, не играть на улицах среди машин. Мы должны учиться принимать эти правила, потому что они в наших интересах».

Право общества на информацию

«Журналист распространяет только ту информацию, в достоверности которой он уверен и источник которой ему хорошо известен. Он прилагает все силы к тому, чтобы избежать нанесения ущерба кому бы то ни было ее неполнотой или неточностью, намеренным сокрытием общественно значимой информации или распространением заведомо ложных сведений». Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 3.

Российские журналисты гордятся тем, что СМИ являются «четвертой властью». «Приобретение правовой независимости от властей и от вмешательства государства в их профессиональную деятельность рассматривается журналистами как наиболее заметный результат демократических реформ», сказал, открывая конференцию, председатель Судебной палаты по информационным спорам Анатолий Венгеров. «Пресса стала влиятельной социальной силой… Это возлагает на журналистов и руководителей СМИ и издательств реальную моральную и политическую ответственность».

Право общества на информацию подразумевает также право журналиста на доступ к информации, право критиковать официальных лиц и хранить в тайне источники информации. Перечисленные права защищены законом, но в то же время несут в себе элементы, которые необходимо обсудить в рамках проблем этики. Например, одной из основных обязанностей журналиста является обеспечение права общества на информацию. Частью профессиональных обязанностей журналиста является справедливое, аккуратное и объективное освещение событий и отдельных личностей. В России, например, правдивое и точное освещение кандидатов на выборах и их позиций гарантируется специальными правительственными постановлениями. В ходе парламентских выборов 1993 и 1995 годов были приняты специальные законы, чтобы исключить предвзятое освещение кандидатов. Несмотря на то что меры, предпринятые в 1993 году, вряд ли можно считать успешными, они тем не менее подчеркнули ведущую роль СМИ и, в частности, телевидения — в области просвещения и информирования избирателей.

Свобода доступа к информации

Несколько положений Закона о СМИ (статьи 38 и 39) касаются права лиц получать и запрашивать информацию о «деятельности государственных органов, учреждений, общественных организаций и их руководителей», а также обязанности государственных учреждений предоставлять такую информацию по запросам. Статья 40 касается информации, «представляющей государственные, коммерческие и другие особо охраняемые секреты». В ней описывается процедура обжалования в суде отказа в предоставлении информации.

Туманность специальной терминологии, определяющей в законе случаи «исключений», играет на руку бюрократам, которые, как и ожидалось, причислили многие обычные документы к «особо охраняемым секретам». После создания новых федеральных органов в 1994 году, были предприняты попытки ограничить присутствие СМИ на открытых заседаниях комитетов только официальными органами, такими как «Российская газета». В последний год под давлением со стороны организаций СМИ и, прежде всего, со стороны Ассоциации парламентских журналистов были устранены барьеры, возведенные парламентом. Отделы по связям с общественностью регулярно распространяют пресс-релизы, организуют встречи с депутатами и пресс-конференции.

По замечанию председателя Судебной палаты по информационным спорам Анатолия Венгерова, такой же открытости не наблюдается со стороны исполнительной власти. «Что касается президентских структур, правительства и их аппарата, то они изолировались от журналистов. Эти структуры еще более закрыты, чем бывшие партийные комитеты». Журналисты, как правило, скептически относятся к информации, предоставляемой правительственными структурами. «Они предоставляют нам только ту информацию, которая им выгодна», — сказал во время семинара один журналист из Поволжья. «В одном из наших правительственных учреждений вы должны заплатить чиновнику, чтобы получить информацию. Естественно, что если достоверность будет оспариваться, то вы никогда не сможете доказать обратное, так как не сможете назвать источника»,— добавил он.

По словам одного редактора, он стал замечать, что его репортеры выдумывают высказывания чиновников, так как пробиться в учреждения очень трудно. Анатолий Венгеров подтвердил эти замечания, добавив, что: «…в теории пресс-службы и пресс-релизы предназначены для того, чтобы облегчить доступ журналиста к информации. На практике они превратились в дополнительные барьеры и предоставляют только ту информацию, которая выгодна определенной организации. Естественно, что журналисты преодолевают эти барьеры любыми способами».

Журналисты, выступавшие на конференции, обвиняли несовершенное законодательство, не гарантирующее предоставление журналистам официальной информации. Некоторые отмечали, что процедура аккредитации журналиста должна быть включена в законодательство. Анатолий Венгеров отметил: «Необходимо немедленно укрепить правовую базу по доступу журналистов и граждан к информации, а также принять другие меры, включая экономические, для поддержки прессы».

За пределами Москвы официальную информацию можно получить только во властных структурах, и доступ к ней зависит от местных руководителей. В Нижнем Новгороде, который является «модельным» городом и «лабораторией реформ», с прогрессивным губернатором, который сотрудничает с городской администрацией, информацию можно получить в пресс-службе администрации. В Нижегородской области деятельность СМИ рассматривается как одна из форм предпринимательства, и власти содействуют этой работе.

Интересно, что в соответствии с результатами исследования, проведенного Фондом защиты гласности, 14 процентов журналистов считают, что работа в государственных СМИ облегчает им доступ к информации, а 9 процентов считают, что доступ к информации можно получить легче, работая в независимых СМИ. В маленьких городках личные связи играют огромную роль в получении доступа к информации. Отсутствие специальных институтов на уровне регионов и областей позволяет чиновникам отгораживаться от журналистских вопросов.

В исследовании, проведенном Фондом защиты гласности, говорится, что 30 процентов респондентов удовлетворены информацией о местной власти в СМИ и 40 процентов опрошенных не удовлетворены такой информацией. Что касается информации о деятельности федеральной власти, то 27 процентов респондентов удовлетворены такой информацией и 35 процентов не довольны информацией в СМИ.

Критика властей и освещение злоупотреблений

В своем выступлении, касавшемся его несогласия с принятием кодекса этики, редактор «Независимой газеты» Виталий Третьяков упомянул «недобросовестны политиков на всех уровнях». Он, в частности, сказал, что «99 процентов политиков — аморальны ведут себя неэтично, в то время как 50 процентов журналистов отвечают нормам этики и морали». Следуя этой логике, можно считать, что доверие общественности к журналистам по сравнению с политиками находится в соотношении 2 к 1.

Циничное отношение к политикам и правительству является обычным явлением в России, особенно в среде интеллигенции. Разочарование результатами политических и экономических реформ только усилило этот цинизм. Существует тенденция рассматривать политиков как людей бесполезных, коррумпированных и даже глупых. С этих позиций очень легко критиковать власти, которые являются легкой мишенью. Несмотря на свое недовольство и боязнь криминальных структур и финансовых баронов, журналисты часто закрывают глаза на их деятельность, переваливая всю вину па правоохранительные органы и политических деятелей.

Клевета и нарушение права на личную жизнь

Увеличение исков против СМИ по поводу клеветы и нарушения права на личную жизнь часто рассматривается как запугивание с целью привить самоцензуру. «Раз за разом нас вызывают в суд и штрафуют на огромные суммы»,— сказал редактор из провинции. «Дело даже не в том, что на самом деле мы должны будем заплатить за так называемый «нанесенный ущерб», а в том, что, мы боимся приобрести плохую репутацию среди читателей и перед нами закроются двери официальных учреждений. В конце концов мы начинаем опасаться всего и становимся крайне осторожными».

Похоже, что некоторые положения этического кодекса российского журналиста поощряют сдержанность и осторожность. Так, в статье 4 Кодекса говорится, что «Журналист обязан уважать просьбу интервьюируемых им лиц не разглашать официально их высказываний».

Это может также интерпретироваться как попытка установления различных категорий освещения информации, как например, «не для протокола» или «без упоминания имени» и т.д.

Одним из парадоксов российского закона является то, что на рядовых граждан, ищущих защиты от клеветы или нарушения частной жизни, лежит большее бремя доказательства нарушения закона, чем на официальных лицах. В американском же законодательстве все наоборот: официальные лица должны доказать наличие злого умысла (умышленной дезинформации, халатности). Возможно, что Кодекс профессиональной этики российского журналиста подчеркивает важность защиты интересов граждан в своем следующем положении: «Только защита интересов общества может оправдать журналистское расследование, предполагающее вмешательство в частную жизнь человека. Такие ограничения вмешательства неукоснительно выполняются, если речь идет о людях, помещенных в медицинские и подобные учреждения».

Защита источников информации

Положения Кодекса, касающиеся обязанностей журналиста не раскрывать источники информации, не привлекли особого внимания журналистов.

«Журналист сохраняет профессиональную тайну в отношении источника информации, полученной конфиденциальным путем. Никто не может принудить его к раскрытию оного источника. Право па анонимность может быть нарушено лишь в исключительных случаях, когда имеется подозрение, что источник сознательно исказил истину, и также, когда упоминание имени источника представляет собой единственный способ избежать тяжкого и неминуемого ущерба для людей». Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 4.

Российские журналисты рассматривают это положение скорее как право, чем как обязанность. Статья же 41 Закона о СМИ рассматривает защиту источников, как обязанность редакции:

«Редакция не в праве разглашать в распространяемых сообщениях и материалах сведения, предоставленные гражданином с условием сохранения их в тайне. Редакция обязана сохранять в тайне источник информации и не вправе называть лицо, предоставившее сведения с условием неразглашения его имени, за исключением случает когда соответствующее требование поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом».

В данном положении отмечено, что право на защиту источника перестает действовать, когда суд требует раскрытия источника информации. В ходе обсуждения финского участника конференции Симопека Нортамо спросили: «Что делать, когда журналист чувствует, что должен сохранить источник в тайне, но ему говорят, что в таком случив его ждет уголовное наказание?».

Нортамо ответил: «У вас есть выбор: либо сесть в тюрьму, либо нарушить кодекс. Многие западные журналисты выбрали первое». Больше вопросов по этому поводу не возникало.

Выборы и СМИ

Законодательство, запрещающее журналистам — кандидатам в депутаты участвовать в освещении выборной кампании, перекликается с американским понятием конфликта интересов, которое касается, в частности, журналистов, собирающихся занять официальные посты или выборные должности. Хотя и в США имеются отдельные случаи нарушения этой нормы, и журналисты используют служебное положение для занятия выборных должностей, — в России это можно сравнить с эпидемией.

Одно из наиболее спорных с точки зрения российской перспективы положений российского Кодекса осуждает эту распространенную практику. В статье 6-й говорится: «Журналист полагает свой профессиональный статус несовместимым с занятием должностей в органах государственного управления, законодательной или судебной власти, и также в руководящих органах политических партий и других организаций политической направленности».

Это спорное положение практически не вызвало дискуссии на конференции. Большинство согласилось с тем, что журналист имеет столько же прав занимать выборные должности и сохранять при этом право на свою работу, как и все другие граждане. Эта точка зрения подкреплялась еще и тем, что данное положение могло коснуться многих известных журналистов. Кроме всего прочего, за этим стоит мысль о том, что журналист-политик сможет эффективно влиять на государственную политику и законодательство с целью оказания помощи СМИ.

Достоверность информации, опровержения

Мало времени на конференции было посвящено статье 3 Кодекса: «Журналист распространяет только ту информацию, в достоверности которой он убежден и источник которой ему хорошо известен. Он прилагает все силы к тому, чтобы избежать нанесения ущерба кому бы то ни было ее неполнотой или неточностью, намеренным сокрытием общественно значимой информации или распространением заведомо ложных сведений».

Большая часть обсуждений, касавшаяся точности освещения событий, была сосредоточена на проблемах, связанных с получением надежной информации на регулярной основе.

Недостатки и недоработки самих журналистов в смысле поиска и выверки фактов и информации вообще не обсуждались. Удивительно, но вопрос работы под прессом желания, чтобы напечатать новость раньше конкурентов, который обсуждается во всем мире, также не был затронут. Например, в ходе совместного заседания с Союзом журналистов председатель СПИС Анатолий Венгеров заметил «Очень часто распространяется искаженная информация. Иногда это делается умышленно. Иногда это делается в ходе конкурентной борьбы за читателей и телезрителей. Иногда это результат обычной небрежности в области проверки точности информации». Он также заметил, что небрежное отношение к аккуратности информации и проверке ее «привело к упразднению во многих СМИ отделов по проверке информации» («Российская газета», 11 июля 1995 г.)

Журналисты выражали неудовольствие по поводу необходимости публиковать опровержения и поправки, хотя в Законе о СМИ целых четыре статьи посвящены праву частного лица или организации на опровержение.

Многие журналисты также выражали мнение, что в этическом Кодексе необходимо осветить проблему опровержения, так как законодательство в этой области не соблюдается. В этом документе, в частности, говорится:

«Убедившись в тои, что он опубликовал ложный или искаженный материал, журналист обязан исправить свою ошибку, используя те же полиграфические и (или) аудиовизуальные средства, которые были применены при опубликовании материала. При необходимости он должен принести извинения через свой орган печати». Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 3.

Как правило, журналисты симпатизируют частным гражданам, требующим исправлений или опровержений. Большинство из них считают, что ошибки происходят по вине безразличного отношения к делу. Редактор из провинции привел пример, когда телефонный номер пенсионерки был ошибочно опубликован в газете как номер Госкомитета по приватизации. К счастью, женщина сразу заметила ошибку и пришла в редакцию, где ей обещали исправить оплошность. «Ее телефон надрывался днем и ночью, но редакция забывала исправить ошибку»,— сказал журналист. Более того, ситуация ухудшилась, так как газета стала использовать рекламную форму и публиковала ее телефон в каждом номере, меняя лишь перечень продаваемой госсобственности. После месяца такого кошмара женщине пришлось поменять номер телефона.

В то же время, никто не симпатизирует политическим деятелям, которые все время требуют опровержения напечатанного. «Похоже, что власти предержащие «достали» нас своими жалобами до такой степени, что мы стали глухими к законным жалобам простых граждан», — сказал один из журналистов.

Объективность

Эта тема заслуживает внимания уже потому, что она практически не обсуждалась на конференции. Короче говоря, эта проблема, являющаяся костяком всех известных этических кодексов, выделялась из-за ее полного отсутствия.

Объективность является ценностью западных СМИ, но нашла мало откликов у российских журналистов. (6)

Все это еще более интересно, если учесть факт, что ни термин, ни идея никак не отражены в Кодексе. За исключением мимолетного упоминания об «объективном представлении» в разделе, касающемся имен находящихся под следствием лиц, единственным упоминанием этого понятия и его антонима — субъективности — является статья 3 Кодекса:

«Журналист обязан четко проводить в своих сообщениях различие между фактами, о которых рассказывает, и тем, что составляет мнения, версии или предположения, в то же время в своей профессиональной деятельности он не обязан быть нейтральным». Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 3.

Вполне естественно, что статья 3 уделяет внимание различию между фактами и мнениями, если не считать, что понятие «мнение» определяется туманной фразой «и тем, что составляет мнения, версии или предположения». Было бы неправильно интерпретировать эту фразу как попытку поставить факты выше мнений. В действительности российские журналисты склоняются к прямо противоположному. Определенный диссонанс прослеживается в последней фразе этого положения: «в то же время в своей профессиональной деятельности он не обязан быть нейтральным», которая предполагает компромисс.

Идеал нейтральности мнения не является высшей ценностью в глазах российских интеллигентов и среди журналистов. Объективность и нейтральность мнения скорее приравниваются здесь к отсутствию социальной позиции, особенно в среде приверженцев демократических реформ. На практике современные российские СМИ являются очень политизированным институтом. Несмотря на атмосферу конкурентной борьбы в СМИ, которая предполагает хорошие перспективы для продажи именно фактов, все 30 основных московских газет можно скорее считать газетами мнений, чем фактов. Это же касается и электронных СМИ.

Разнообразие имеющихся СМИ может называться «рынком идей». Все вместе они создают баланс, в результате которого получается центральность освещения, обычно достигаемая при объективном освещении событий

Возможно, что важнейшей задачей российской прессы в настоящий момент является преодоление политической апатии россиян, истоки которой исходят из времен сталинского террора, советского патернализма, а также вызваны современными причинами, среди которых потеря Россией статуса сверхдержавы и разочарование результатами реформ. Самой большой услугой, которую российские журналисты могут оказать своим согражданам, является включение их в процесс создания своего собственного правительства и своих лидеров. И возможно, что общенациональная дискуссия и диалог через представленные в СМИ различные мнения станут более эффективным средством информирования электората, чем публикация фактов.

Сто лет спустя после возникновения в Америке прессы Уолтер Липпман предположил, что «пресса любой страны должна пройти несколько стадий в своем развитии»: контроль за СМИ со стороны правительства, затем политический контроль, коммерциализация и, наконец, создание профессиональных институтов прессы. Несмотря на то, что данная детерминистская конструкция не заслуживает серьезного рассмотрения и слово «контроль» не ласкает ухо, конструкция Липпмана все же намечает динамику развития большинства национальных СМИ. Более того, данная конструкция позволяет предположить, что российские СМИ возможно пойдут по стопам американских и пройдут путь, проделанный в США за последние триста лет.

Высокая идейность

«Журналист пользуется и отстаивает свое право пользоваться всеми предусмотренными гражданским и уголовным законодательством гарантиями защиты в судебном или ином порядке от насилия или угрозы насилием, оскорблений, морального ущерба, диффамации». Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 10.

Название данного раздела «Высокая идейность» специально заимствовано из советских времен, когда этот термин использовался для обозначения одного из принципов журналистики. В настоящее время это выражение вышло из моды, поскольку считается частью философии марксизма-ленинизма. Тем не менее моральный дух, который передает термин, продолжает формировать неэкономические приоритеты в условиях рынка. Возможно, американской аудитории был бы более понятен термин «социальная ответственность», но он не передаст морального обязательства способствовать продвижению общего дела, как это делает термин «идейность».

Содержание СМИ

С тех пор как «рядовой гражданин» был поставлен в центр демократических перемен, ориентированная на прибыль пресса стала потакать вкусам «рядовых граждан». В результате произошла вульгаризация прессы, о которой было много написано и сказано. Насилие, секс, непристойности и сенсационные материалы заполнили СМИ. На телевидении балет, опера и документальные фильмы уступили место сериалам, футболу и рок-музыке. Печатные СМИ, которые западные специалисты некогда называли «серыми», русские теперь называют «желтыми».

Против «состряпанных материалов, содержащих оскорбления и грубости и использующих «непечатные выражения», выступает Судебная палата по информационным спорам. Палата отмечает исчезновение в журналистике традиционных жанров, таких как сатира, памфлеты, психологические заметки, которые не выдерживают соревнования с материалами сенсационного характера типа рейтингов, списков «самых богатых» или «самых влиятельных» людей.

Журналистика и дети. Одной из жертв коммерциализации СМИ стали дети, которым в прошлом посвящалось много материалов, как в печати, так на радио и телевидении. «Наша новая рыночная экономика не поощряет инициатив в области создания материалов для детей, ни в области развлечений, ни в области воспитания», — отмечает редактор детского журнала из Санкт-Петербурга. Он жаловался, что его сотрудники пытались найти рекламодателей, но никто из производителей не видел смысла рекламировать в детском журнале. Попытки создать совместные предприятия с зарубежными детскими журналами также закончились неудачей. Новый председатель Роскомпечати Иван Лаптев отмечает, что книги, газеты и журналы для детей практически исчезли, что наносит ущерб обществу, пытающемуся решать политические, научные, культурные и воспитательные задачи. Финансовые трудности заставляют телерадиостанции прекращать показ детских передач, которые не имеют спонсоров, или показывать их в наименее удобное время. Как сказал менеджер одной частично независимой телестанции: «Раньше мы показывали большое количество мультфильмов, которые имели воспитательное значение и были интересными для детей. В настоящее время из-за отсутствия средств почти никто не занимается производством детских программ». Многие участники конференции отмечали, что западные сериалы с сексуальными сценами начинают показывать как раз в то время, когда дети возвращаются из школы домой.

Как уже сообщалось выше, в 1994 году 2,6 миллиардов рублей из всех государственных субсидий прессе были выделены на поддержку изданий для детей. Действующий Закон о СМИ предусматривает определенные финансовые льготы изданиям для детей, инвалидов, а также изданиям в области культуры и просвещения. По мнению многих российских журналистов, нужны дополнительные государственные ассигнования для поддержки детской печати.

Сохранение национальной культуры и вопросы вкуса. На частных и государственных телевизионных каналах зарубежные кинофильмы и сериалы занимают до 80 процентов вечернего времени массового просмотра («прайм-тайм»). Несмотря на популярность такой продукции, многие российские телезрители и продюсеры протестуют против засилья на экране дешевых второсортных фильмов и сериалов, многие из которых американского производства.

Боязнь культурного империализма распространена как в странах «третьего мира», так и в развитых странах, таких как Франция, Канада, которые ввели ограничение на показ зарубежной продукции на своих телеэкранах. Кроме опасений за национальное культурное достояние, в аргументации российских журналистов звучит мысль о том, что отсутствие материальной поддержки для конкуренции с западными производителями кинопродукции приводит к снижению уровня национального творчества и талантов. Но самым большим опасением участников конференции являлось отрицательное влияние западных кинофильмов на мораль и общечеловеческие ценности в России. Как сказала мне преподаватель факультета журналистики МГУ: «Многие американские фильмы хороши и даже прекрасны, но то, что могут себе позволить купить наши телестанции — это дешевка, о которой многие американцы даже не слышали. Они полны насилия и секса».

Однако критика распространяется не только на зарубежные фильмы. Редактор одной из литературных газет упомянул новый российский фильм о гомосексуалистах, который попал на рецензию кинокритику газеты. «После просмотра мы пришли к выводу, что фильм нельзя показывать российской аудитории, — сказал журналист. — Некоторые запреты можно оправдать. Мы не собираемся вводить цензуру, но хотим оградить чувства наших сограждан».

Один журналист следующим образом охарактеризовал политику своей телестанции в области развлекательных программ: «Во-первых, мы не воруем западные фильмы с передающих спутников, во-вторых, мы не показываем эротические фильмы и фильмы со сценами насилия во время вечернего массового просмотра и, наконец, мы следуем только своим собственным правилам».

Социальные последствия рекламы. Многие участники конференции указывали на необходимость увеличения контроля за рекламой и создания методических пособий в этой области. Понимая необходимость получения прибыли от рекламы, как важного фактора в становлении независимых в финансовом отношении СМИ, участники конференции призывали не только к ужесточению правовых ограничений на рекламную деятельность, но и к созданию этических критериев в этой области.

Несмотря на сопротивление со стороны рекламных агентств, Закон о рекламе вступил в силу в 1995 году. Этим законом депутаты попытались ограничить потоки раздражающей россиян рекламы. Закон запрещает рекламу табака и алкоголя на ТВ, рекламные перерывы во время показа кинофильмов, образовательных и детских программ.

В центре обсуждения оказалась история с рекламой построенного по типу пирамиды инвестиционного фонда МММ, который обманул миллионы своих вкладчиков-россиян на миллиарды рублей. «Долго после того, как у нас возникли подозрения о незаконности деятельности фонда, газеты и другие СМИ продолжали уговаривать граждан вкладывать деньги в МММ», — сказал директор Российского телевидения Олег Попцов. По мнению Попцова, одна из важнейших проблем в области рекламы — это определение критериев ее достоверности.

По мнению Олега Добродеева, продюсера НТВ, скандал, подобный МММ, не мог произойти в Америке или Европе, где общественность лучше разбирается в подобных вещах. У наших граждан еще мало подобного опыта и они должны быть защищены от недобросовестной рекламы.

Генеральный директор Общественного российского телевидения Сергей Благоволин сообщил, что на ОРТ существуют критерии в области рекламы. Среди них: правдивость обещаний; приемлемая эстетика; общественная значимость предлагаемых товаров и услуг; социальная полезность рекламируемого продукта. Он также отмстил, что такая политика привлечет новых рекламодателей из числа российских бизнесменов.

Укрепление национального единства

Так же как и в развивающихся странах Азии и Африки, российская пресса видит свою главную и наиболее благородную миссию в становлении единой сплоченной нации. Такая роль заключается не только в развитии информированного общества и ответственного электората, но и в содействии становлению гражданских институтов, стабилизации экономики, развитии гражданского общества и укрепления национальных и моральных ценностей.

Недавние разногласия с правительством относительно политики в Чечне и недовольство по поводу отношения властей к СМИ в ходе военного конфликта высветили проблему проведения границы между тем, где кончается свобода и начинается национальная безопасность. Некоторые журналисты вооружались и участвовали в войне. Статья 6 кодекса этики посвящена этой проблеме:

«Журналист сознает, что его профессиональная деятельность прекращается в тот момент, когда он берет в руки оружие».

Профессор журналистики МГУ и автор профессионального кодекса этики «Останкино» Сергей Муратов привел примеры безответственного освещения журналистами межнациональных конфликтов на Кавказе и в Молдавии. Например, молдавский журналист закончил свой репортаж о конфликте, пересказав слух: «По информации из непроверенных источников, войска двигаются в сторону Кишинева». По мнению Муратова, такой репортаж мог привести к непредсказуемым последствиям.

Далее Муратов продолжил: «Некоторые считают, что если журналист задумывается о последствиях, то он не журналист. Я считаю, что все наоборот. Если журналист не задумывается о последствиях, то он не журналист». Статья 2 кодекса даже провозгласила, что «журналист соблюдает законы своего страны, но в том, что касается исполнения профессионального долга, он признает юрисдикцию только своих коллег, отвергая любые попытки давления и вмешательства со стороны правительства или кого бы то ни было».

Эта радикальная и нереальная интерпретация независимости даже не обсуждалась на конференции. В целом журналисты были настроены критически по отношению к правительству, но очень патриотично в остальном. Почти никто не ставил под сомнение правильность и конституционность статьи 4 Закона о СМИ, которая объявляет противозаконным использование СМИ в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для призыва к захвату власти, насильственному изменению конституционного строя и целостности государства.

Другие злоупотребления свободой СМИ, перечисленные в четвертой статье закона, включают разжигание национальной, классовой, социальной, религиозной нетерпимости или розни для пропаганды войны. Все это было объявлено противозаконным еще советским законодательством. Почти все согласились с тем, что СМИ должны играть большую роль в устранении национальных и этнических конфликтов, находящих все большее распространение на территории СНГ и в самой России. Особенно сильно эта мысль звучит в статье 5 Кодекса профессиональной этики российского журналиста: «Журналист уважает честь и достоинство людей, которые становятся объектами его профессионального внимания. Он воздерживается от любых пренебрежительных намеков или комментариев в отношении расы, национальности, цвета кожи, религии, социального происхождения или пола, а также в отношении физического недостатка или болезни человека. Он воздерживается от публикации таких сведений, за исключением случаев, когда эти обстоятельства напрямую связаны с содержанием публикующегося сообщения. Журналист обязан безусловно избегать употребления оскорбительных выражений, могущих нанести вред моральному и физическому здоровью людей».

«Это очень важное положение этики, возможно самое важное из всех», — сказала Анна Шароградская, преподаватель факультета журналистики и координатор Санкт-Петербургского отделения РАИПЦ на последнем заседании. Она отметила, что россияне должны быть более чувствительными к тому, что американцы называют «политическая справедливость». По ее мнению, это означает избегать слов, которые оскорбляют, обвиняют, унижают людей из-за их расовой, религиозной принадлежности или национальных качеств.

Другой участник конференции высказал мнение, что упоминание биологических или социальных особенностей человека не должно иметь места, кроме тех случаев, когда это имеет непосредственное отношение к материалу.

Личная ответственность

Участники конференции выражали разочарование той частью Кодекса, в которой внутриредакционные права отдельного журналиста превышают власть редактора. Некоторые возражали, что такое просто не реально.

«Журналист отвечает собственным именем и репутацией за достоверность всякого сообщения и справедливость всякого суждения, распространенные за его подписью, под его псевдонимом. или анонимно, но с его ведома и согласия. Никто не вправе запретить ему снять свою подпись под сообщением или суждением, которое было хотя бы частично искажено против его воли». Кодекс профессиональной этики российского журналиста, статья 3.

«Все мы хотим иметь больше прав и готовы принять на себя сопутствующую им ответственность, — заявил один молодой журналист. — Но если мы начнем идти против своих руководителей, то нас будут игнорировать и мы потеряем работу».

Члены Судебной палаты по информационным спорам считают, что редакторы и так готовы перенести всю ответственность на рядовых сотрудников. «Они переносят всю ответственность за содержание на авторов или на младших редакторов, — утверждает Венгеров. — Такая практика противоречит Закону о СМИ. Редакторы СМИ должны нести полную ответственность за все публикуемые материалы…»

Другие журналисты возражали, что никакие законы не могут заменить личных отношений, сложившихся в журналистских коллективах. «Такое взаимопонимание зависит от конкретных личностей», — заметил один журналист. По его же мнению, никакие кодексы и инструкции, спущенные сверху, не заменят личных отношений.

Перспективы развития
журналистской этики в России

Идея данного проекта родилась в июне 1993 года в Нижнем Новгороде во время проведения семинара для журналистов по освещению экономических реформ, где вопросы профессиональной этики привлекли внимание организаторов из РАИПЦ. В последующие недели и месяцы журналисты в Москве, Новосибирске, Санкт-Петербурге и других городах неоднократно выражали озабоченность состоянием этики, включая широкий круг проблем, затронутых в данной статье. Результаты социологических опросов, проведенных среди нескольких сотен журналистов, участвовавших в мероприятиях РАИПЦ, позволили специалистам Пресс-центра подготовить соответствующий проект для рассмотрения в Фонде «Фридом Форум». По просьбе СЖ России проект включал в себя организацию семинаров по вопросам профессиональной этики в различных городах с последующей общенациональной конференцией по этому вопросу. Финансовая поддержка «Фридом Форум» позволила РАИПЦ подготовить ряд мероприятий по этой теме в 1994-1995 годах. Основой дискуссий послужил проект Кодекса журналистской этики, который должен был быть принят Союзом журналистов в июне 1994 года.

При подготовке Кодекса авторы изучали зарубежный опыт, консультировались с западными журналистами, учеными, социологами. Конечный продукт, хотя он и не чужд международным нормам, является подлинно национальным документом, созданным под влиянием обстановки текущего кризиса, по рассчитанным на долговременное пользование и способным разрешать противоречия многогранной и всеобъемлющей профессии журналиста.

Основным вопросом в ходе двухлетней подготовки был вопрос о том, как может быть разрешен этический кризис в российской журналистике? В результате общенациональной дискуссии были найдены ответы на множество вопросов, которые в свою очередь порождали»оные вопросы, которые суммированы ниже. Следующие проблемы служат основой для составления прогноза о будущем профессиональной журналистской этики в России:

В чем польза этической журналистики для профессионального сообщества и общества в целом?

В какой форме должны быть представлены профессиональные стандарты?

Кто будет и каким образом следить за выполнением норм?

Каков прогноз на будущее в области журналистской этики в России?

Этика и российская действительность

Одним из вопросов, по которому почти все журналисты пришли к согласию, заключается в том, что в настоящее время российская журналистика функционирует без какого-либо этического компаса и моральных ориентиров. Существует единое мнение о необходимости установления моральных норм поведения, хотя были возражения и по поводу актуальности этого вопроса в настоящий момент.

Наиболее убедительный аргумент в пользу принятия этических стандартов был высказан американским журналистом: если журналисты не смогут контролировать свою деятельность сами, то, в конце концов, правительство найдет легальный повод осуществлять контроль над поведением прессы.

Бывший руководитель Российского телевидения Олег Попцов считает, что профессиональная этика приобретает особую важность в переходный период, так как журналистам необходимы ориентиры в море неопределенности. «Мы живем в то время, когда многое происходит впервые — первый президент, первый парламент, первые экономические реформы, впервые Россия получила национальный суверенитет. Любые законодательные акты, принятые в переходный период, являются временными, но правила этики постоянны и не меняются».

По мнению других участников, сейчас самое время для журналистов стать первыми в разработке этических норм поведения в своей профессии. Как заметил представитель Международного конгресса журналистской этики Александр Шемелех, российская журналистика на протяжении всей истории стояла на передовых рубежах реформ, и теперь у нас появилась возможность показать пример другим профессиям в создании этических норм.

Те кто не верят в то, что в настоящее время можно серьезно заниматься вопросами этики, говорят, что сейчас идет настоящая война, война за финансовое выживание. По мнению Виталия Третьякова, ни одни редактор, заинтересованный в благополучии своей газеты, не воспротивится деятельности, которая укрепит финансовое положение его издания. С одной стороны, этические нормы укрепят престиж профессии и послужат обществу, а с другой стороны — ослабят СМИ и сделают их беззащитными перед лицом недобросовестных конкурентов.

Некоторые говорили, что для разоблачения беспринципных политиков журналисты вынуждены использовать их же методы. «Эти люди, не задумываясь используют все методы, и сейчас не имеет смысла разоружаться», — заметил один молодой журналист. По мнению других журналистов, введение этических норм способствует легализации СМИ как «четвертой власти». «Как же сможет общество принимать серьезно нашу критику официальных лиц за их слабость и злоупотребления, если мы сами будем слабыми и недисциплинированными?» — спросил один региональный редактор.

В своем выступлении редактор нижегородского делового еженедельника Владимир Лапирин высказал озабоченность тем, что любой этический или моральный кодекс имеет репрессивный компонент. «Любой кодекс профессиональной деятельности предполагает санкции. Мы уверены, что журналистское сообщество не готово сейчас оказаться под еще большим контролем».

Однако большинство журналистов рассматривают нормы не как механизм ограничения, но как источник вдохновения. «Коллеги ищут общие цели, за которые нужно сообща бороться и которые не направлены на достижение материальных привилегий», — заметил редактор из глубинки. Он сказал, что сотрудники его газеты готовят свой этический кодекс, используя как модель Кодекс Союза журналистов. «По нашему мнению, кодекс дает возможность объединить старое партийное отношение к моральным проблемам с требованиями рыночной экономики».

Эту же идею высказал Андрей Игнатьев, который ранее проводил семинар с региональными журналистами в октябре. «Во многом этика может служить мостом между реальностью и идеалами, между старыми и новыми духовными ценностями».

Различные подходы к созданию кодексов

Все признают, что Кодекс профессиональной этики российского журналиста сделал существенный и даже исторический вклад в развитие журналистской этики в России. Участники отмечали, что его принятие свидетельствует о полном взаимопонимании по этому вопросу среди журналистов страны.

Основная ценность кодекса состоит в том, что он может служить основой для создания тысячи подобных кодексов или других документов, регламентирующих этические нормы в отдельных редакциях.

«Должно быть много различных кодексов»,— сказал автор этического кодекса «Останкино» Сергей Муратов. «И чем больше, тем лучше. Не случайно на Западе так много различных кодексов». Многие поддержали эти слова.

Сравнивая этические кодексы с Десятью заповедями (популярное сравнение на конференции), Владимир Бакштановский отметил, что не может быть кодекса без кредо. «Чувство миссии должно быть сердцевиной кодекса., — сказал он. «А у нас много различных миссий». Он также предупредил, что «во время переходного периода и атмосферы нестабильности всегда существует моральное междуцарствие, и если будет только один кодекс, он может стать тоталитарным документом».

Было очевидно, что журналисты настроены против того, чтобы кодекс «спустили сверху». Имея опыт журналистской работы в советское время, российские журналисты естественно боятся единого общенационального кодекса. «Мы никогда не согласимся на то, чтобы какие-либо профессиональные стандарты спускались нам сверху»,— сказал один тележурналист. «Было очень плохо, когда мы вынужденно находились под контролем. А теперь было бы глупостью создавать цензуру своими собственными руками».

На всем протяжении конференции проект критиковали за многословность и излишнюю детализацию. «Кодекс не может быть одновременно запоминающимся, эффективным и излишне подробным»,— заметил Игнатьев. «Документ, претендующий быть руководством для всей профессии, должен быть простым. Иначе это будет фикцией и «потемкинской деревней».

Несмотря на свою амбициозность, Кодекс профессиональной этики российского журналиста не является первым в России. Много центральных и провинциальных организаций СМИ были пионерами в разработке своих этических кодексов. Главный редактор «Новой сибирской газеты» Виктор Юкечев сказал, что они приняли этический кодекс «Вашингтон пост» в 1993 году после участия в семинаре по освещению избирательных кампаний, организованном РАИПЦ.

Те, кто участвовал в разработке собственных кодексов, говорят, что участие в этой работе всего коллектива только улучшило конечный продукт. Вес сотрудники. которые принимают участие в разработке, считают кодекс своим документом.

В ходе обсуждения стало ясно, что участники не достигнут согласия по вопросу о принятии единого для всех профессионального документа. Многие из его положений нуждались в дальнейшей доработке. На первом заседании договорились, что процесс доработки будет проведен при содействии РАИПЦ и журнала «Журналист». Журналисты отмечали, что важно не столько создание окончательного документа, сколько создание постоянно действующего органа для доработки документа в московском и региональных отделениях РАИПЦ. Было также отмечено, что для коллег, проживающих в отдаленных частях страны, консультации специалистов были бы особенно полезны. Другие считали, что для доработки документа желательно пригласить специалистов из других смежных профессий — бизнесменов, специалистов по рекламе, связям с общественностью, юристов, социологов.

Проблемы выполнения кодексов

Проблема выполнения положений кодексов этики горячо обсуждаются во всем мире. Удивительно, но в России этого нс происходит. Как показали обсуждения, российские журналисты очень чувствительны к возможности возвращения контроля и цензуры. Несмотря на то что были предложения внести в кодекс элементы, обязывающие журналистов выполнять нормы, без которых документ был бы просто бумажкой (например, лицензирование, осуждение за нарушения, включение Кодекса в трудовое соглашение), все они были сразу же отвергнуты. Многие российские журналисты возражали против введения профессиональных карточек Союза журналистов, выдаваемых при условии согласия с Кодексом, но даже те, кто поддержал эту инициативу, сомневались в ее эффективности По мнению редактора радиостанции «Эхо Москвы» Сергея Бунтмана, принятие или непринятие профессиональных норм поведения является личным делом каждого, и кодекс этики может служить лишь для поддержания личных обязательств.

Взгляд в будущее

Пожалуй, наиболее оптимистичный прогноз по поводу перспектив развития журналистской этики в России был сделан коллегой из Нижнего Новгорода Владимиром Лапириным. «Все эти грустные разговоры о стоящих перед нами проблемах и нашей слабости напоминают разговоры на поминках. Но мы еще не умерли, уважаемые коллеги. Мы даже не инвалиды, и мы уже не новички. Давайте встретим новые задачи с улыбкой на лице. Все профессии и все ремесла всегда имели свои правила и законы, и мы сейчас разрабатываем свои. Давайте не забывать, что России 1000 лет. Наконец мы собрались вместе и делаем то, что в наших интересах, и я уверен, что нас ждет успех!».

Примечания

(1). Большинство россиян, живущих за пределами Москвы, предпочитают смотреть новости по каналам центрального телевидения. В соответствии с результатами опроса, проведенного Фондом защиты гласности в 1994 году, 43 процента следят за новостями по центральному радио и телевидению, 8,5 процентов получают новости из центральной прессы, 6,5 процентов из местной прессы. Все опрошенные оценивают центральное телевидение выше местного государственного телевидения, а местное независимое выше местного государственного.

(2). Третьяков, который подчеркивал, что его газета существует без всякой поддержки или помощи со стороны правительства, вынужден был в мае 1995 года закрыть газету из-за отсутствия средств. Газета открылась вновь в августе, но уже без Третьякова, который был уволен из редакции. К сентябрю Третьяков вновь стал редакторам «Независимой газеты», которую теперь финансирует Объединенный банк, принадлежащий бизнесмену Борису Березовскому, являющемуся также зам. председателя совета ОРТ (проправительственный первый канал телевидения). Березовский находится в тесных взаимоотношениях с предвыборным блоком «Наш дом — Россия». По информации «Общей газеты», Березовский играет первую скрипку при составлении программ ОРТ и собирается повысить рейтинг канала за счет сокращения политических программ и увеличения показа западных кинофильмов и сериалов.

(3). Статья 36 Закона о СМИ гласит: «Редакция не вправе взимать плату за размещение рекламы под видом информационного, редакционного или авторского материала.

(4). Явлинский сказал, что принципиально отказывается от телевизионной рекламы, так как считает, что победа достигается не за счет телевизионной агитации, а за счет информирования электората о платформе кандидата.

(5). Иван Лаптев, председатель Ассоциации главных редакторов и издателей, в своей речи при вступлении в должность председателя Роскомпечати в июле 1995 года отметил, что федеральное правительство владеет 1800 типографиями, в которых работают 70000 рабочих. Он сказал также, что, несмотря на сокращение кадров, отрасль справляется с большим количеством заказов. Лаптев пожаловался на то, что в последние годы в отрасль было сделано недостаточно капиталовложений, а бюджет 1996 года составляет 53 процента от требуемых средств.

(6). По наблюдению американских аналитиков и специалистов в области СМИ, объективность дает определенные коммерческие преимущества, которые не связаны с информированием общества. Главные преимущества заключаются в том, что вероятность оскорбления чувств читателей и соответственно издержек на судебные расходы сводится до минимума.

Элизабет ШИЛЛИНГЕР

(Пер. с английского — Андрей Касьяненко)

1 Российско-американский информационный пресс-центр основан в Москве в 1992 году как совместный проект Института США и Канады Российской академии наук и Центра по проблемам войны, лира и средств массовой информации при Нью-Йоркском университете. Основная задача Центра — оказание всесторонней помощи независимым средствам массовой информации бывшего Советского Союза. Прекратил сове существование в 1997 г.

2 Фонд «Фридом форум» (Форум свободы) являлся международной независимой организацией со штаб-квартирой под Вашингтоном. Ее девиз — свобода печати, свобода слова и свобода духа во всем, мире. Программы, которые поддерживал «Фридом форум», включали в себя проведение конференций, издание брошюр и докладов, производство телепрограмм, организацию библиотек для журналистов, установление партнерских отношений, обучение профессионалов и проведение исследований в сфере средств массовой информации.

© Институт проблем информационного права, 2005