Цель нашего Центра заключается в осуществлении деятельности, направленной на поддержку свободы доступа и распространения информации, создания и развития законодательных и регулятивных рамок информационной политики в Кыргызской Республике.

Мой доклад основан, в основном, на собственной информации Центра, которая была получена при исследовании судебных решений по гражданским и уголовным делам против СМИ и журналистов в судах Республики Кыргызстан за период с 2000 года по октябрь 2003 года.

Этот проект Центр Информационного права осуществил при поддержке Фонда Сорос-Кыргызстан.

В результате исследования нам удалось изучить 69 судебных дел с участием СМИ и журналистов, из них 4 - по уголовным делам. К сожалению, часть дел не были изучены в рамках данного проекта, поскольку доступ к судебным архивам был ограничен.

Наибольшее количество дел было исследовано по Чуйской области, включая, г. Бишкек (это столица и прилегающий к ней регион, в котором наибольшая концентрация СМИ, публичных фигур и политических событий). Основная часть судебных разбирательств, которые мы изучили, связана с защитой чести, достоинства и деловой репутации, составила 75% от общего количества. И хотя приведенные цифры не могут претендовать на статистическую точность, они наглядно показывают тенденцию роста или снижения инициирования судебных дел данной категории в республике.

Если мы обратимся к цифрам качественного состава истцов, то почти около половины (43,04 %) истцов - это должностные лица разных уровней, включая народных депутатов, которые отстаивают личную репутацию, и требованиями которых являются не только публичное опровержение публикуемых против них фактов, но и возмещение морального вреда.

Из имеющихся решений было выявлено, что минимальный размер денежных требований предъявленных к возмещению морального вреда составил 5 сом (10 центов), а максимальный - 5 000 000 сомов (120 тыс. долл.). Учитывая, что приведенные данные взяты из полученных судебных решений, мы допускаем, что в судах имеются решения, по которым максимальная сумма исковых требований превышает указанную цифру. Справка: для подавляющего большинства СМИ КР, сумма превышающая 20-25 тыс. долл. может считаться экономической катастрофой, т.е банкротством.

Из указанного количества уголовных дел против журналистов 3 были возбуждены по Ст. 127 (Клевета), Ст. 128 (Оскорбление) и одно из дел - по Ст. 170 (Вымогательство) Уголовного Кодекса Кыргызской Республики. Речь идет о конкретных журналистах: это Ночевкин Вадим - из Бишкека, Таджибаева Угулай - из Оша и Орозалиев Самаган, Ибраимов Молдасолы - из Джалал-Абада. При изучении таких дел выявлено, что инициаторами выступали госчиновники.

За последнее время дела по клевете или оскорблению тенденциозно сократились, если не сказать что сведены к нулю. Ущемленная сторона все больше обращается в суд с гражданским иском по защите чести, достоинства и деловой репутации - ст.18 Гражданского Кодекса КР. Уголовно-наказуемая диффамация (клевета и оскорбление) в настоящее время не является первостепенным средством в защите доброго имени.

Также имеется 3 дела, истцами по которым выступали СМИ, оспаривая противоправные действия государственных органов.

Говоря о правоприменительной практике необходимо отметить, что с 1996 г. по июль 2003 года, какая либо правоприменительная практика и единообразие рассмотрение судами дел любых категорий в том числе и по делам со СМИ в масштабе республиканского правосудия отсутствовали. Данная ситуация возникла в результате внесения изменений в Конституцию Кыргызской Республики. В следствие этого суды перестали руководствоваться Постановлением Пленума Верховного суда от 16 июля 1993 года «О некоторых вопросах применения судами Кыргызской Республики статей Гражданского Кодекса о защите чести, достоинства граждан и организаций», что существенно отразилось на судебной практике, позволив судам по-разному, широко применять законодательство.

Кроме этого в п.1 ст.18 Гражданского Кодекса Кыргызской Республики были внесены изменения от 2 июня 1999 г. на основании которых законодатель специально уровнял стороны по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Так, п.1 ст.18 ГК КР - «Защита чести, достоинства и деловой репутации» ранее звучал следующим образом: « Гражданин или юридическое лицо вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности».

Действующая редакция выглядит следующим образом - «гражданин вправе требовать по суду опровержения сведений, порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию, а юридическое лицо - сведений, порочащих его деловую репутацию».

Но суды в своих решениях продолжают фактически ссылаться на старую редакцию Гражданского Кодекса, где распространитель информации должен доказывать, что сведения соответствуют действительности. Суды при рассмотрении дел по данной категории продолжают необоснованно требовать, что бы информацию о достоверности тех или иных сведений должен был предоставить ответчик тем самым, нарушая ст.10 ГПК Кыргызской Республики о состязательности и равенстве сторон в суде.

Более того в п.3 Постановления Пленума Верховного суда КР порочащими являются не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или организацией действующего законодательства или моральных принципов (о совершении нечестного поступка, неправильном поведении в трудовом коллективе, быту и другие сведения, порочащие производственно-хозяйственную и общественную деятельность, репутацию и т.п.), которые умаляют честь и достоинство.

Так же судебная практика свидетельствует, что, в общем, суды серьёзно подходят к защите прав истца, как правило удовлетворяя иски. Однако они не считают справедливым и демократичным баланс между этими правами и конституционно гарантированными правами, в том числе и ответчиков, на свободу слова, свободного выражения мыслей и взглядов, на распространение информации, а также зачастую игнорируют роль прессы в демократическом обществе.

Бывают случаи, когда на СМИ безосновательно возлагается ответственность за распространение общественно важной информации, личного мнения, точки зрения, критики и других высказываний, свобода которых гарантированна и потому защищена Конституцией.

При наличии предусмотренных законом оснований для освобождения автора или СМИ от ответственности за распространение недостоверной информации, суды редко привлекают их к участию в деле как ответчиков по делу первоисточники такой информации, что оставляет вне защиты соответствующие права истцов в таких делах.

Далее, хотелось бы отметить, что хотя моральный вред определяется в конкретной денежной сумме, признается законом вредом неимущественным, и следовательно, госпошлина на основании п. «д» ст.4 Закона Кыргызской Республики «О государственной пошлине» должна взиматься в твердой денежной сумме, а не в процентном соотношении к сумме, определяемой судом в качестве возмещенного понесенного истцом морального вреда.

Данная норма указана лишь в Постановлении Пленума Верховного суда КР. В настоящее время это единственная норма согласно которой в суд платится госпошлина в размере 10 сомов. Однако, когда речь идет о других нормах Постановления Пленума Верховного суда последние содержали лишь рекомендательный характер, а то и вовсе не подлежащий к ссылке, как утративший силу. Выходили на лицо двойные стандарты.

В настоящее время идёт обсуждение законопроекта о внесении изменений в Закон о Государственной пошлине, согласно которого, госпошлина по искам о защите чести достоинства и деловой репутации предполагает пяти процентную ставку. Многие считают, что это приведёт к снижению верхней планки сумм по возмещению морального вреда и количество исков вообще. Однако есть и противники данного законопроекта.

Согласно действующему законодательству степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им физических или нравственных страданий. Истцами же, фактически, не представляются какие либо сведения о таковом, а суды в свою очередь не требуют подтверждения, как правило основывая свое решение на презумпции вреда только лишь от факта распространения информации.

Таким образом, суды все это время по разному подходят к рассмотрению одной и той же категории дел, в большинстве своем, вынося решения, так как это было удобно на тот момент.

Законом Кыргызской Республики «О новой редакции Конституции Кыргызской Республики» от 18 февраля 2003 года в ст. 83 включен Пленум Верховного суда Кыргызской Республики в составе всех судей Верховного суда Кыргызской Республики, которые вправе давать обязательные для нижестоящих судов руководящие разяснения по вопросам судебной практики.

До настоящего времени нет обобщающих материалов по делам СМИ.

Все эти недочёты в решении споров с участием СМИ, накладывают существенный отпечаток на выполнение СМИ основных функций по реализации конституционных прав граждан на свободу слова, приводят к возникновению самоцензуры СМИ и журналистов.

Ниже приведенные примеры наглядно показывают на практике рассмотрение судами дел против СМИ и журналистов.

16.09.2002 года Сокулукским районным судом под председательством судьи Мусаева Н.А. вынесено решение по делу по иску Газиева А. (Глава админстрации района - Аким) к Аргымбаеву С.А. и редакции газеты «Портрет недели» о защите чести, достоинства и деловой репутации и взыскании морального вреда. Вышеуказанным решением сведения, опубликованные в газете «Портрет недели» от 16.05.20002 года № 14 в публикациях под заголовками «Газиев: - Аким виноват, будет отвечать» и «Страшно, когда у стариков отбирают последнее» признаны несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Газиева Э. Данные высказывания были сделаны Аргымбаевым на митинге. По решению редакция газеты обязана дать опровержение, а также возместить моральный вред на сумму 75 000 сомов. Суд признал не соответствующими действительности сведения указанные в публикациях под заголовками «Газиев: - Аким виноват, будет отвечать» и «Страшно, когда у стариков отбирают последнее». Однако в иске были четко указаны сведения которые истец считает порочащими «Газиев запустил руку в карман пенсионеров», «никакого сомнения в преступной деятельности Акима» и «Газиев незаконно распоряжается деньгами пенсионного фонда». Кроме того, в дополнительном иске, который является конкретизирующим, не указывалось вообще о публикации « Газиев: - Аким виноват, будет отвечать». Cуд грубо вышел за рамки исковых требований, то есть суд требует опровергнуть то, что истец не указывал, а это является существенным процессуальным нарушением. При рассмотрении данного дела, судом были допущены еще ряд других процессуальных нарушений. Судом не был рассмотрен вопрос о редакции газеты как о ненадлежащем истце, так как ответчик Аргынбаев С. в суде заявил, что все указанное в публикации сказано именно им дословно при публичном выступлении на митинге, что освобождает от ответственности редакцию, согласно ст. 26. п.3 Закона «О средствах массовой информации», что опять же подтверждается видеозаписью, которая не была просмотрена. Согласно действующему законодательству степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им физических или нравственных страданий. Истцом же не были представлены какие-либо сведения о таком. Судом же, при определении размера компенсации морального вреда в 75 000 сомов, критерием оценки указана стоимость одного номера газеты плюс тираж, что составляет 50 000 сомов и еще не понятная цифра в 25 000 сомов. При этом необходимо отметить, что финансирование газеты происходит за счет грантовых средств о чем имеется договор.

Решением Первомайского районного суда г. Бишкек иск Таджиева А. к редакции газеты «Дело №» и журнлаисту Ночевкину В. Иск о защите чести и достоинства был удовлетворен. С редакции газеты в пользу истца судом взыскано 8000 сомов с журналиста 2000 сомов и признано, что сведения, опубликованные в газете «Дело №» от 24.05.2000 года в статье «Взяточников надо судить, пока они тепленькие» о том, что « начальник отдела регистрации ГНИ докопался, пугал мелкого предпринимателя, что патент его уже не действует, что нужна карточка налогоплательщика, за предоставление одной, а также за хорошие отношения в будущем требовал 50 долларов США, при получении этих денег его «хлопнули», не соответствуют действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Тажиева А.С.

В статье же говорилось о том, что в конце марта оперативники ОБЭП «хлопнули» его - начальника отдела регистрации ГНИ - при получении 50 $, которые он требовал от мелкого предпринимателя за предоставление карточки налогоплательщика и за хорошее отношение в будущем. Далее журналист пишет, «что так утверждается в материалах уголовного дела, которое Чуйское УВД отправило в суд с обвинением его по статьям «вымогательство взятки» и «воспрепятствование предпринимательской деятельности».

Проблема журналиста в данном деле была лишь в том, что сведения, опубликованные им были получены им в порядке устной информации от работников Чуйской областной прокуратуры то есть фактически он ознакомился с делом и выписал из него некоторые детали. Однако письменного разрешения у него не было. На что и сделал упор суд удовлетворяя исковое заявление. Необходимо отметить что уголовное дело действительно было возбуждено, было предъявлено обвинение по вышеуказанным статьям и дело было направлено в суд, но Налоговик был оправдан в суде.

Так напрашивается вопрос, есть ли смысл вообще освещать дела предварительного следствия, если оно по каким либо причинам может так сказать не пройти в суде?