Интервью и сходные с ним явления. В
первоначальном своем значении интервью – это
беседа журналиста (репортера, ведущего) с
известной личностью, ученым, специалистом,
“бывалым человеком” и т.п.
Во время этой беседы
журналист-интервьюер задает вопросы,
подсказывает темы, которые желательно затронуть
в беседе, “направляет” беседу, реагирует на
высказывания собеседника, что дает дальнейшее
развитие беседы.
Как на стороне интервьюера, так и на
стороне интервьюируемого могут принимать
участие два или большее число лиц – и тогда
интервью плавно переходит в “круглые столы” или
в ток-шоу (типа “Я сама”).
По своей сути все это разновидности
интервью, ибо слова (“голоса”) участников не
сливаются воедино, а выражены (изложены) по
отдельности.
От интервью следует, однако, отличать
так называемые “литературные записи”, когда
известная личность надиктовывает свои
воспоминания, мнения, соображения, сообщает
определенные факты, а писатель, журналист
излагает этот материал в качестве единого
текста, часто придавая этому материалу
оригинальную форму.
В последнее время в некоторых изданиях
(например, в газете “Аргументы и факты”) стали
помещаться придуманные интервью, состоящие из
задаваемых журналистом вопросов, в качестве
ответов на которые приводятся цитаты из
опубликованных выступлений, речей, произведений
известных личностей, обычно – давно умерших
(Сталин, Гитлер и т.п.). Это – по своей сути не
интервью, а использование цитат в новом
произведении.
К интервью нельзя относить
пресс-конференции: во-первых, потому, что
заявления на пресс-конференции носят публичный
характер, а, во-вторых, потому что вопросы
журналистов не согласованы друг с другом и не
позволяют создать единого материала,
составляющего литературное произведение. Что
касается отдельных ответов, даваемых на
пресс-конференции, то они должны считаться
“сообщениями о событиях и фактах, имеющими
информационный характер”, то есть материалами,
которые в соответствии со статьей 8 закона об
авторском праве не охраняются авторским правом.
Наконец, нельзя не отметить, что еще
имеют место случаи, когда редакция газеты или
журнала предлагает автору представить материал
своей статьи в виде вопросов и ответов “для
лучшего его восприятия”, причем при публикации
выдает этот материал за интервью; иногда
публикуемый материал сопровождается фразой: “На
вопросы нашего корреспондента отвечает
такой-то”. Это – типичное “лже-интервью”.
Признаки соавторства. Следует
исходить из того, что лицо, дающее интервью
(интервьюируемый), сообщает нечто новое,
оригинальное, что его материал, вносимый в
интервью, представляет собой результат
творческой деятельности, который в соответствии
с пунктом 1 статьи 6 закона от авторском праве
охраняется авторским правом.
С другой стороны, следует исходить из
того, что и журналист, интервьюер, проявляет
творчество при постановке вопросов, определении
направления беседы. Сразу же отметим, что
творчество журналиста может проявляться и после
завершения беседы, когда он придает более
совершенную, оригинальную форму интервью: в
газетах и журналах это внесение изменений,
выходящих за пределы обычного редактирования, на
радио и в телевидении – монтаж или
дополнительное включение в материал беседы тех
или иных вопросов, различные дополнения,
комментарии.
Творческая работа обоих участников
интервью сочетается с обоюдным согласием,
направленным на создание и определенное
использование интервью.
Таким образом, налицо два необходимых
признака соавторства: творческий труд обоих
соавторов и их соглашение о создании
коллективного произведения.
Закон не предъявляет никаких иных
требований к соавторским произведениям. Поэтому
надо исходить из того, что авторами интервью
являются журналист и интервьюируемый. Конечно,
из этого общего правила есть некоторые
исключения.
Одно из них касается тех случаев, когда
вопросы или ответы настолько просты, что не несут
в себе творческого начала, не являются
оригинальными.
Например: “Зовут меня Кирилл; родился
я 17 ноября 1986 года; живу с мамой, бабушкой и
дедушкой” и т.п.
Иными словами, если одна из сторон в
интервью не проявляет творчества, то вместо
соавторского произведения получится
произведение одного автора: либо монолог
интервьюируемого, либо блестящие, остроумные и
оригинальные вопросы журналиста с ответами типа
“да – нет”.
Но так бывает довольно редко.
Форма и содержание интервью.
Вопрос о форме и содержании любого авторского
произведения довольно сложный, а в отношении
произведений, созданных в соавторстве, например,
интервью, этот вопрос еще более осложняется.
Известно, что авторское право охраняет
только форму произведения: язык (языковые
приемы), которым изложено произведение,
художественные образы, последовательность
изложения. Напротив, авторское право не охраняет
элементы содержания произведения, то есть
собственно идеи, факты, принципы, составляющие
сюжет, тему произведения.
Отсюда вывод: лицо, которое сообщило
только факты, идеи, принципы, использованные в
произведении, не становится автором (соавтором)
произведения, если форма выражения этих фактов,
идей, принципов создана не этим, а другим лицом.
А.С.Пушкин не стал соавтором “Ревизора”,
несмотря на то, что именно он подсказал Н.В.Гоголю
идею этого произведения. А.Катаев совершенно
правильно отказался быть соавтором романа “12
стульев”, хотя именно он подсказал И.Ильфу и
Е.Петрову идею этого плутовского романа, но не
принимал участия в его написании.
В интервью дело обстоит иначе: оба
участника интервью фактически принимают
творческое участие в создании интервью, а потому
оба участника должны считаться соавторами.
Именно поэтому оба участника интервью
должны подписывать произведение в окончательном
виде перед его использованием. Это не исключает
того, что интервьюируемый может заранее дать
согласие на внесение в интервью некоторых
изменений журналистом; но такое согласие
обязательно должно быть зарегистрировано.
Гонорар и порядок использования.
Вопрос о гонораре за использование интервью
имеет давнюю историю. Этот вопрос – один из самых
“деликатных” для интервьюируемых и для
журналистов.
Обычно, лицо, которое дает интервью, –
это человек известный, добившийся определенного
общественного положения. А тут еще к нему
обращаются за интервью, интервью будет
опубликовано, это – для него лишняя Слава, Почет,
Реклама, возможность высказать личное мнение… В
таких условиях, многие полагают, требовать за это
гонорар – как-то нескромно и неприлично. А
журналист думает: “Почему я с ним должен
делиться своим гонораром?”
Что касается интервьюера, то у него
может быть самое различное положение: это может
быть и начинающий журналист, причем работающий в
штате газеты, журнала, радиостанции и даже
(иногда) не получающий особого вознаграждения за
интервью: для него интервью может входить в
“норму отработки” (статья 14 закона об авторском
праве).
В других случаях интервьюер – это
известный ведущий (какой-нибудь Урмас Отт),
который, с одной стороны, получает за интервью
определенные суммы, но, с другой стороны,
“оказывает большую честь” лицу, приглашенному
дать интервью; и опять сторонам “неловко”
заговорить о гонораре.
В большинстве случаев, получается
как-то “неловко”, “неудобно”.
Я точно знаю, что неудобно… надевать
штаны через голову. Что касается выплаты
гонорара за использование произведения,
созданного в соавторстве, то пользователь обязан
выплачивать гонорар обоим соавторам в равных
долях, если только иное не предусмотрено законом,
соглашением между соавторами и договором об
использовании произведения.
Закон не устанавливает – и не может
устанавливать, – что лицу, давшему интервью,
гонорар не выплачивается. При возникновении
конфликта о выплате такого гонорара не помогут
никакие ссылки, типа
– надо было раньше договариваться;
– у нас такая практика;
– у нас никому гонорар не платится;
– у нас начисляется гонорар только в
тех случаях, когда текст интервью был
представлен письменно;
– весь гонорар начислен журналисту, к
которому Вы можете обратиться и т.д.
С юридической точки зрения вопрос
решается следующим образом: использование
интервью есть использование произведения
авторского права. Для такого использования
организация обязана заключить авторский
договор, который, как и любой другой гражданский
договор, предполагается возмездным.
Лицо, дающее интервью, может
отказаться от гонорара, лишь особо указав это в
договоре с пользователем или в договоре с
соавтором (журналистом).
Отказ от гонорара должен доказываться
организацией-пользователем.
Итак, согласие записать интервью и
согласие с тем, что интервью будет
использоваться определенным образом, не влечет
отказа от получения гонорара. Об отказе от
получения гонорара лучше всего заранее
попросить от интервьюера подпись на бланке.
Законодательное регулирование
авторских прав на интервью. В ныне действующем
законодательстве нет никаких специальных норм,
относящихся к интервью. Это вполне объяснимо:
интервью регулируются общими нормами авторского
права и, строго говоря, специального
регулирования не требуют. Равным образом,
стихотворения особо не выделяются из общей
категории литературных произведений, а
произведения скульптуры не выделяются из общей
категории произведений изобразительного
искусства.
А вот в проекте третьей части
Гражданского кодекса РФ, которая, как известно из
печати, в марте 1999 года была внесена
Министерством юстиции РФ в Администрацию
Президента для последующего представления в
Государственную Думу, включена одна норма,
специально посвященная праву на интервью:
Статья 1129, пункт 4:
“Авторские права на интервью
принадлежат лицу, давшему интервью, и лицу,
проводившему интервью, как соавторам, если иное
не предусмотрено соглашением между ними.
Использование интервью допускается лишь с
согласия лица, давшего интервью”.
Целесообразность принятия этой нормы
весьма сомнительна.
Действительно, почему в Гражданском
кодексе надо особо урегулировать вопрос о
соавторстве на интервью, а не вопрос о
соавторстве на песню, где тоже возникает
соавторство между автором музыки и
поэтом-песенником? А ведь число песен намного
превышает число интервью, да и экономическое
значение песен намного больше.
Серьезной ошибкой выглядит
содержащаяся в этой норме оговорка о том, что
соглашением между участниками интервью может
быть определено, кто является автором интервью.
Это противоречит всем принципам авторского
права: авторство не может быть предметом торга.
Что касается второй фразы, которая
устанавливает, что интервью может
использоваться лишь с согласия лица, давшего
интервью, то следует учитывать, что эта норма
будет применяться в двух различных случаях:
Первый случай – лицо, давшее интервью,
“признано” соавтором по соглашению с лицом,
проводившим интервью. В этом случае
использование произведения, конечно,
осуществляется с согласия автора, о чем
упоминается в статьях 1110, 1117, 1127, 1139 проекта.
Второй случай – лицо, давшее интервью,
по соглашению с лицом, проводившим интервью, не
“признано” соавтором. В этом случае
предлагаемая норма совершенно непонятна: как и
почему глава “Авторское право” закрепляет
какие-то права за лицом, которое автором не
является?