Больной вопрос

Если редакция - некоммерческая организация, то она не имеет права создавать свое предприятие, только филиалы. Но как тогда выжить? Как выжить на фоне новых ограничений для налоговых льгот, когда налоговые поборы почти съедают бюджетное финансирование? А как быть редакциям в случае, если новый налоговый кодекс вообще отменит все льготы?

Если редакция - коммерческое предприятие, то какое? Возникает вакуум нормативных документов, регулирующих права собственности соучредителей. Как определять уставной фонд? Как согласовывать интересы соучредителей? В Татарстане пошли по пути создания советов учредителей. Вопрос о представительстве и полномочиях его членов остается открытым. К примеру, какие полномочия могут делегировать учредители в рамках закона? Кто утверждает устав? Как привести в соответствие устав редакции - коммерческого предприятия и гражданский кодекс? Правовое сознание в обществе сегодня таково, что малейшая недомолвка в нормативном акте ведет к тому, что проиграют журналисты.

Суд да дело

"Не пользуется эта тема популярностью у судей"

- считает юрист Экспертного центра правовой поддержки реформ Борис ПАНТЕЛЕЕВ, имея в виду дела по защите чести и достоинства, где ответчиками выступают редакции и отдельные журналисты. Еще будучи судьей Ленинского нарсуда города Казани, который рассматривал первые в перестроечные годы десятки конфликтов подобного рода, Пантелеев убедился в необходимости особого внимания к этой категории дел.

Не раскрою большого секрета, если скажу о давно установившейся в наших судах традиции перекидывать подобные дела, как горячие уголья, на вновь пришедшего в данный суд молодого судью. Мы это можем наблюдать сейчас в Московском, Вахитовском судах Казани. Прежде всего потому, что в гражданском судопроизводстве эти дела можно отнести к особо трудным. Приведу примеры возникающих перед судьей проблемных ситуаций из своей прежней практики.

Во время первых выборов в российский парламент на газету "Казанские ведомости" был подан иск, рассматривая который мы фактически совершили суд над фашизмом. Иск подал кандидат в депутаты, которого в газете назвали лидером казанских фашистов. Процесс длился долго, проблема была в экспертизе текста. Были привлечены специалисты из Казанского университета, давшие определение того, что считать национал-шовинизмом. Учитывая конкретные обстоятельства дела, мы признали тогда этого человека исповедующим такие идеи и руководителем фашиствующих элементов в Республике Татарстан.

Пусть не столь громкие дела, но вплотную зависящие от экспертизы текста массовой информации, возникают сегодня постоянно. И здесь приходится констатировать, что рационально продуманного подхода до сих пор не существует. Вопрос зависит от того, какой это судья, как настроен журналист, есть ли у редакции деньги на адвоката и т.д. Эта ситуация в настоящее время просто нетерпима. Получается, журналисты отдают себя, что называется, на волю ветра. Экспертный центр правовой поддержки реформ, который я представляю, мог бы посодействовать в этих вопросах, обеспечивая экспертную помощь не только своими силами, но и с привлечением московских и зарубежных специалистов.

Далее. Наш анализ показывает, что около трети дел, которые полностью юридически заведены, потом были прекращены за примирением сторон. Особо это касается районных газет. Пока нет у нас, слава Богу, таких профессионалов-сутяжников, которые, скажем, как в Москве, систематически зарабатывают себе деньги тем, что доят редакции посредством суда, пользуясь его недостаточной компетентностью. Обиженные на средство массовой информации люди, как правило, вполне удовлетворяются тем, что если с ними нормально поговорить, если отношение суда будет надлежащее, без конвейерной спешки, если досудебная подготовка будет качественной, то сам конфликт будет разрешен "без крови". Нужно специально дополнительно заниматься этими делами. Общегражданский федеральный суд, к сожалению, не в силах, на мой взгляд, эти вопросы серьезно решать. Наш Экспертный центр мог бы взять на себя организацию переговорного процесса, выработку технологии внесудебного урегулирования споров и конфликтов, не доводя их до вынесения судебного решения.

Еще одна проблема, которую приходится решать судьям в Татарстане, связана с национальным языком, спецификой его функционирования в судопроизводстве вообще и по данной категории дел в частности. Сказать, что судьи не понимают татарский язык, нельзя, есть квалифицированные работники. Но писать по-татарски качественные правовые тексты, отражающие специальные вопросы редакционной практики, фактически никто не может. В Казани,- как я, во всяком случае, уверен,- полнокровный грамотный процесс на татарском языке в ближайшее время невозможен. Решать этот вопрос также надо целенаправленно, системно.

Кроме того, что экспертные услуги может предоставить наш Центр, я полагаю, что обозначенные вопросы необходимо решать на государственном уровне, для чего учредить в Татарстане "буферную" организацию, которая наполовину состояла бы из юристов и наполовину - из журналистов. Такую роль могла бы взять на себя Судебная палата по информационным спорам, которая могла бы быть включена местным нормативным актом в национальную правовую систему как независимая организация. Сбор и анализ данных по информационным спорам, выработка путей их решения, создание прецедентов досудебного разбирательства, учет местной специфики и т.д. - необходимость в этом назрела у нас давно.